Июль в этом году выдался необычайно жарким. Подобная духота обычно предвещает грозу, однако в данном случае погода ограничивалась одними лишь обещаниями. Больше всего сейчас городоскому атаману общественного объединения "Белорусское казачество" хотелось избавиться от фуражки, но снять он ее не мог по двум причинам: во-первых господин городской атаман, как человек сугубо штатский, не знал куда ее после этого девать, а во-вторых оная часть казачьей формы скрывала обширную лысину, а казак без положенного казачьего чуба выглядит не очень презентабельно, особенно, когда вынужден находиться под палящими лучами июльского солнца, исключительно в рекламных целях. Поэтому господин атаман продолжал переминаться с ноги на ногу в надвинутой на глаза, напоминающей среднего размера авианосец, фуражке, позволяя себе лишь иногда свободной от кейса рукой смахивать смятым носовым платком обильно истекающий по лицу пот. Темно-зеленая шерстяная парадная форма и хромовые сапоги, комфорта тоже не добавляли. Промокшая майка давно и надежно прилипла к спине. В обычной жизни Владимир Михайлович Сенатрев был учителем русского языка и литературы в вечерней школе. Господь обделил его здоровьем, ростом и статью, зато щедро наделил упомянутой лысиной, жиденькими рыжеватыми усами, невыразительными глазками и массой комплексов. Военная служба для Владимира Михайловича была столь же недоступна, как, скажем, полет на Луну, но он практически с младенческого возраста с вожделением взирал на блистательных "их благородий" с шашками у бедра и крестами на груди. Насмотревшись "Тихого Дона", он не раз представлял, как хлещет "по мордам" белой перчаткой своего обидчика Шестопалова из параллельного 7-го "Б", а тот вытянувшись "во фрунт", только моргает в ответ и повторяет после каждого удара: "виноват-с ваше высокобродь!Виноват-с, ваше высокобродь". Как бы томно смотрела на него из-под длинных ресниц Аленка Степанова из того же 7-го "Б". Он, Сенатрев, в парадной форме и с аксельбантом прогуливался бы с Аленкой, пардон, Еленой Сергеевной, по Фельдмаршальской под ручку снисходительно кивая нижним чинам. Он, а не Шестопалов, а вот Шестопалов бы по вечерам чистил ему сапоги, боясь даже поднять голову. Всю свою сознательную жизнь страдал Владимир Михайлович оттого, что поздно родился, что не доведется ему никогда водить в лихие кавалерийские атаки чубатых молодцов... И плакал в подушку под тягучие романсы Звездинского. "Хамы! Хамы вы все!" Но к счастью Владимира Михайловича, какому-то из столичных чиновников пришла в голову гениальная мысль стать белорусским казачьим генералом, он то организовал ОО "Белорусское казачество" нимало не заботясь, что во время последней большой войны уже был Белорусский казачий стан, только воевал он не на стороне белорусов. Так в тридцать девять лет с небольшим, приличный семьянин с двумя детьми, тещей, котом и высшим педагогическим образованием Владимир Михайлович Сенатрев стал "городским и областным атаманом, есаулом ОО "Белорусское казачество", "с правом ношения оружия при наличии разрешения соответствующих органов МВД". Именно так было написано в вожделенной красной книжечке установленного образца, где на фото, скрепленном печатью верховного атамана генерала казачьих войск (подпись неразборчива), красовался сам господин есаул в новенькой казачьей форме, на которую ушел полугодовой семейный бюджет. Владимир Михайлович досконально изучил все обычаи и традиции казаков, чем крайне шокировал всю вечернюю школу от уборщицы до директора, появившись однажды на занятиях с серьгой в ухе. В общем все было бы хорошо, но для полного осуществления давней детской мечты, атаману не хватало одного-наличия казаков. Собственно поэтому он и торчал уже три месяца в любую погоду у Храма Александра Невского, не теряя надежды найти единомышленников.Жители бывшего еврейского местечка, а ныне крупного промышленного областного центра, довольно часто подходили поинтересоваться, откуда в их городе взялись казаки. Владимир Михайлович с готовностью сообщал всем собственную версию, возводя корни новорожденной ОО, чуть ли не к шестнадцатому веку-мятежам Болотникова и Наливайко. Слушали, кивали, читали устав, задавали вопросы. Один даже анкету о вступлении взял.., но в следующее воскресенье вместо заполненной анкеты предъявил, похожую на атаманскую, книжечку, но с государственной печатью. Владимир Михайлович сперва по, выработанной годами тренировок, привычке сильно испугался, но все закончилось хорошо. В общем за три месяца городской атаман приобрел двух подчиненных, которые после совместного распития поллитры на рыбалке ( один из казаков-новобранцев был соседом атамана по подъезду, второй по гаражу), вдоволь наоравшись "любо, братцы, любо!" заполнили анкеты, но наотрез отказались покупать форму. Зато Владимир Михайлович все же теперь с полным правом носил настоящий цвета "царский зеленый" китель, шаровары с лампасами, скрипучие сапоги и вожделенные серебряные погоны. "Вот бы еще и крест какой!" частенько, глядя на свое отражение в зеркале, мечтал атаман и в конце концов, за неимением ничего лучшего, привинтил на грудь "поплавок" с советским гербом и эмблемой местного университета. А казаки? Атаман не унывал, придет время-появятся и казаки. Владимир Михайлович посмотрел на часы. Полдень. День жаркий, сезон дачный. В общем и целом денек неудачный. Атаман улыбнулся про себя. Правильно! Каламбурчик, как и положено офицеру Его Величества. Рука сама собой потянулась за мобильником. Надо позвонить одному из "подчиненных", да завалиться куда-нибудь в тенек попить пивка, поболтать о возрождении Монархии. А вечерком можно и по водочке, да под песни казачьи! На душе атамана посветлело и даже вроде не так душно стало. Палец сам нашел кнопку под надписью на дисплее "тел.книга".

-Здравия желаю! Господин есаул.

Чистый, хорошо поставленный, как у телевизионного диктора голосзастал Владимира Михайловича врасплох. Он даже вздрогнул от неожиданности и выронил телефон. Да и не мудрено! Храм построен недавно. Вокруг пустырь с еще, неубранным кое-где строительным мусором. Владелец голоса должен был либо из-под земли появиться, либо свалиться с неба. Владимир Михайлович обернулся. Незнакомец нагнулся, поднял телефон и подал его атаману, который автоматически его взял. "И вправду, откуда он здесь взялся, этот..."-подумал атаман. Незнакомец оказался высоким широкоплечим мужчиной того спортивного типа , когда не определишь двадцать пять ему или все сорок. Одет он был в китель того же "царского зеленого" цвета с накладными карманами, затянутый светло-коричневой, почти рыжей, портупеей со сверкающими пряжками, и в тон кителю бриджи. Тулья фуражки была гораздо меньше, чем у атаманского "авианосца", к тому же пружина и набивка были вынуты, что придавало незнакомцу вполне белогвардейский, так хорошо знакомый по фильмам и старым фотографиям, вид. Обут он был в не просто начищенные, а как-то скорее отполированные до особенного шика, без единой пылинки, сапоги. Перелопативший горы специальной литературы, Владимир Михайлович обратил внимание на Владимира lll степени с мечами, офицерского Георгия lll степени, знак пажеского корпуса, знак "За отличную стрельбу" и еще какой-то крест, который атаман не определил. На предплечье были три золотые нашивки за ранения. На плечах незнакомца в полуденном солнце сверкали золотые погоны, но чтобы определить чин атаману нужно было встать на цыпочки, а делать этого Владимиру Михайловичу ой-как не хотелось! Незнакомец небрежно козырнул. В душе атамана стало почему-то нарастать раздражение.

- Честь имею представиться: Полковник Литаврин! Начальник 11-го Фанагорийского Ее Величества, гренадерского полка.- представился незнакомец своим "дикторским" голосом. Убрав руку с козырька фуражки он снял перчатку и протянул ладонь для рукопожатия. Опешивший атаман все же заметил на безымянном пальце перстень с довольно крупным камнем. "Явно не стекляшка".-подумал он.Все еще, находясь в частичном ступоре Владимир Михайлович переложил телефон в левую руку и ответил на рукопожатие. Ладонь, несмотря на жару и перчатку, у полковника была теплой, но не потной. Рукопожатие крепким, но не болезненным.

-Областной атаман Белорусского казачества-Владимир Михайлович намеренно опустил свой казачий чин, назвав только должность. "Подумаешь, полковник!". Вернувшееся раздражение смыло, как волной остатки оцепения.-Синатрев Владимир Михайлович.-имя и отчество он по-учительски подчеркнул.

-Весьма польщен.-кивнул полковник и представился дальше -Георгий Александрович.

Владимир Михайлович сперва было принял собеседника за представителя конкурентов, но у тех были зеленые лампасы, а у полковника не было никаких. Атаман смерил его оценивающим взглядом. Южный загар, ухоженная нитка усов над верхней губой, дорогущая "гайка" на пальце. На левой щеке небольшой шрам. Денежки по всему видать водятся, да и выправка... Из отставников видать, а то и мент за пьянку уволенный. Видать из пэпээсников да сразу в полковники. Обвешался орденами, что твоя елка новогодняя. Владимир Михайлович решил съязвить:

-Что-то я не слышал о таком полку. Он где в Минске или у нас зарегистрирован? Полковник улыбнулся.

- В Царском селе... Я здесь проездом. Не проводите?-он указал на Церковь-Пойду к иконкам приложусь. Кем-кем, а верующим атаман не был точно и, чтоб не опозориться по незнанию в церкви перед этим "павлином", Владимир Михайлович решил отказаться.

-Нет я уже был. Спасибо.

Атаман решил поближе познакомиться с этим российским "павлином". Как никак в плане рекламы сгодится. Можно будет говорить, дескать, с сопредельным государством сотрудничаем. Возрождение империи и все такое.

-Сможете уделить мне полчаса?-спросил полковник.

- Конечно!-с готовностью и свеженадетой улыбкой сообщил Владимир Михайлович.-Выходной у меня.

-Тогда обождите пару минут. Я быстро. -Григорий!-кому-то скомандовал полковник.

-Я!- раздалось в ответ.

Атаман глянул в ту сторону. Около церковных попрошаек стоял невысокий мужчинас громадными усами в фуражке и камуфляже, который что-то доставал из рюкзака и раздавал нищим. Услышав окрик, он бросил рюкзак и принял стойку "смирно". -Будь здесь!

-Слушаюсь!

Полковник двинулся к церкви. На мгновение задержался у входа. Привычным жестом снял фуражку, положил ее на сгиб локтя левой руки и размашисто перекрестился на надвратную икону. После чего быстрым шагом вошел в храм. Владимир Михайлович посмотрел на усатого и вздохнул. Везет же россиянам. Подчиненные есть. Он решил пообщаться с этим усатым и направился к нему. Тот вскочил, выбросил неприкуренную сигарету, вытянулся и отдал честь:

-Ефрейтор 11-го гренадерского лейб-гвардии Ее Величества Фанагорийского полка Малкин!- отрекомендовался он.

Владимир Михайлович слегка оглох, но очень умилился серъезной игрой коллег, вспомнив из прочитанных книг команду он сказал:

- Вольно.

Усатый осклабился и атаман принялся его рассматривать. Лет сорок, усы с проседью, глаза хитрющие, но взгляд не отводит. Камуфляж явно нероссийский. А вот такой же, как у полковника крест. Владимир Михайлович близоруко прищурился. В центре черного эмалевого креста красовался золотой орел с регалиями, два скрещенных меча, рукоятями вниз позади креста а на самом золотой славянской вязью: "За взятие Герата" и дата "1995". "Бред какой-то"-подумал Владимир Михайлович, но все же спросил:

-Что это за знак?- и даже ткнул в красивую железку пальцем.

В глазах усатого появилось искреннее недоумение.

- Так, ить ваше высокородие, за Херат, мать его.., прости Господи- усатый истово перекрестился на церковь.-девяносто пятый иди его мать! По сию пору нога ноить.

"Ладно хочешь играть-будем играть!"-злорадно подумал Владимир Михайлович.


- А скажи-ка, братец, сколько лет вашей организации?

-Кому?-усатый изобразил, и надо сказать очень похоже, неподдельное изумление. Владимир Михайлович опять начал раздражаться:


- Полку вашему!


-А-а... Годков двести, а то и все триста. "Издевается гад!"-подумал Владимир Михайлович,"Ну ладно!"

- А вобче, ваше высокородие, эта -усатый многозначительно ткнул в безоблачное небо указательным пальцем и доверительно добавил: -Секретный военный секрет.

"Ну все"-подумал Владимир Михайлович.

- Слышь, Гриша, хорош, выражайся по-человечески.


Усатый захлопал глазами.

- Ты сам, Григорий, давно в этом вашем полку? Усатый прищурил один глаз, второй поднял вверх и принялся загибать пальцы. - Так я восемьдесят пятого призыва, три срочной... Почитай с девяностого.., а при их высокородии с девяносто девятого.

"Ни хрена себе"-подумал Владимир Михайлович-"Организация с первого года перестройки существует! Надо бы раскошелиться да приехать к ним погостить, судя по этому дебилу,-поживу, как настоящий царский офицер!" Тут Владимира Михайловича буквально осенило.

- Гриш, а ты трудишься где-нибудь?

Усатый одарил атамана взглядом, которым обычно усталые психиатры смотрят на тихо-помешанных.

- Так я ж объясняю: на сверхсрочной мы. В денщиках состоим.

"Сейчас я тебя сделаю!"-позлорадствовал про себя Владимир Михайлович.

- У полковников же по-моему два денщика положено? Усатый попытался изобразить вежливо-покровительственный вздох.

- Никак нет, ваше высокородие. Вы , как есть казак, то и не ведаете, а по приказу от девяносто седьмого по гвардии положено четыре нижних чина казенной прислуги.

- И где остальные?- Владимир Михайлович выжал в эту фразу весь сарказм, на который был способен.

- Дома,-просто ответил усатый - Мы, как есть, в откомандировании.

- Так ты на зарплате?-поинтересовался атаман, вспоминая золотой перстень полковника, и тут же добавил во избежание обычного кривляния Григория.- Деньги получаешь?

- А то! На гвардейском жалованьи. Как есть двадцатого- "Ляксея" вынь да положь!

- Кого? - "Ляксея", Государя прошлого, батюшки значить нонешнего-довольно пояснил усатый.- Сто рублев по-вашему.

- Американских "рублев"? - автоматически спросил Владимир Михайлович. Усатый задумался и после короткой паузы произнес:

- Ежли в американских,В американских, думаю, сотен семь.-сказал усатый и, немного подумав, добавил.- С полтиной. Владимир Михайлович даже присвистнул. Конечно за такие деньги можно и покривляться.

- А "Алексей", это вроде внутренних бонов организации?

- А як хочете.-великодушно согласился усатый Гриша.

"Интересно, а сколько у них я бы получал?"-подумал Владимир Михайлович и тут же не удержался:

- А есаул у вас сколько получает?

-Капитан.- уточнил усатый.

- Да, капитан.- согласился Владимир Михайлович. Усатый почесал затылок.

- Без кавалерских... Я думаю... Тоже в американских?

- Да, да, тоже.- блеск золота, пусть и чужого окончательно затмил рассудок атамана и вызвал жгучую зависть.

- Тыщи три- четыре. - безразлично ответил усатый. Затем зачем-то плюнул в ладонь и вытер ее о штанину.

- А полковник? - Владимир Михайлович уже не мог остановиться.

- Про то нам знать не полагается, но думаю, тыщ за двадцать... Кавалерские опять же...

" Задолбал ты своими кавалерскими- выругался про себя Владимир Михайлович- Все ясно-новые игры новых русских патриотов!"

- А документы у вас какие?

-Казенные, какие ж ищо? - искренне удивился усатый.

Он достал из нагрудного кармана небольшую пластиковую карточку и подал атаману. На одной стороне был изображен какой-то знак с двуглавым императорским орлом и три ряда букв и цифр. На обратной нечто напоминающее миниклавиатуру. Ни имени ни фото на карточке не было. Владимир Михайлович решил не показывать своей некомпетентности в вопросах новомодных российских высоких технологий и просто вернул карточку владельцу. Усатый вытянулся. Владимир Михайлович обернулся. За ним стоял полковник. " У него сапоги, что на ватной подошве?-подумал атаман-Подкрадывается, как кот."

- Вольно, Григорий, вольно...

-Э-э-э-Владимир Михайлович хотел обратиться к полковнику по имени-отчеству, но к своему несчастью не смог их вспомнить. Пришлось наступить на горло собственному самолюбию.- Господин полковник...-атаман неожиданно вспомнил и имя и отчество, но теперь забыл, что хотел сказать и густо покраснел.К вящему неудовольствию Владимира Михайловича, полковник панибратски хлопнул его плечу, при чем довольно ощутимо.

-Полноте, есаул... Где у вас можно посидеть, поговорить, а то и по рюмашке?
Быстро оценив свою потенциальную платежеспособность и оную же у полковника, атаман решил, что полковник в состоянии с размахом отобедать в любом ресторане, а у самого Владимира Михайловича не в каждом и на салат хватит.
- А может на природе?- Владимир Михайлович из красного сделался багровым, как хороший украинский борщ.

- А что? -проявил великодушие полковник- Я только "за"!

Гора не свалилась, правда, с плеч Владимира Михайловича, но все же начала медленно сползать. - Так тут магазин...-начал было Владимир Михайлович.

-Есаул!-опять это мерзкое снисходительное похлопывание. - Григорий?-обратился полковник к усатому.

-Обижаете, ваше высокородие -усатый поднял рюкзак и для чего-то его встряхнул.

- Ведите, есаул!

Владимир Михайлович двинулся к той полянке в прилегающем к церкви перелеске, где обычно с соседями-"казаками" он проводил свои, так сказать, "круги" по воскресеньям. Тем более, что там было относительно чисто. Мусора они не оставляли, а бутылки быстро прибирали "санитары леса"-бомжи. Идти туда было недалеко. Есаул, бодро помахивая кейсом, шел первым, за ним шагал полковник, замыкал импровизированную колонну Григорий.

-Жара-проговорил полковник и расстегнул крючки на воротнике-стойке, после чего потянулся и ловко через голову стянул китель, предварительно одним неуловимым движением избавившись от портупеи. Полянка была перед ними и призывно переливалась в солнечном свете всеми оттенками изумруда.

-Григорий, прими!

Сверкнув золотом погон китель перекочевал к усатому вместе с портупеей и фуражкой. Полковник остался в белоснежной тенниске без единого пятнышка пота даже подмышками и бриджах, поддерживаемых защитными подтяжками. Владимир Михайлович тоже расстегнулся, но снимать ни китель, ни тем более фуражку не решился.

-Скажите, забыл, как ваше имя-отчество...

-Георгий Александрович.

-Георгий Александрович, много у вас людей?

-Четыре батальона трехротного состава и вспомогательные службы. В общем и целом три с половиной тысячи списочного состава.

- Григорий говорил, что у вас даже деньги платят и немалые. Кто вас...
Спросить об источниках финансирования Владимир Михайлович не успел. Полковник перебил его. При чем довольно грубо:

-Как вы думаете, кто я?

-Вы?

Владимир Михайлович стушевался, он сам хотел постепенно подвести беседу к этой теме, а теперь...

-Вы думаете я некий новорусский нувориш, играющий в солдатики а-ля 1914? Так?

Владимир Михайлович промолчал. Ему нужно было некоторое время, чтобы привести мысли в порядок. Полковник дал ему время, обратившись к усатому:

-Григорий, накрывай. Затем полковник достал массивный портсигар из тускло-желтого металла и , открыв крышку с вензелем, предложил Владимиру Михайловичу тонкую коричневую то ли сигару, то ли сигарету. Атаман не курил и в табачных изделиях ничего не смыслил.

- Спасибо, не курю.-отказался Владимир Михайлович.

Колдовавший невдалеке над расстеленной прямо на траве скатертью, Григорий, наконец закончил расставлять какую-то снедь. Близорукий атаман не видел, что там, да собственно и не очень интересовался, поскольку наличие водки сомнений у него не вызывало.

-Ваши высокородия, прошу к столу!-отозвался Григорий.

-Идемте, есаул.

Явно золотой портсигар в комплекте с этим постоянным "есаул" наконец вывели Владимира Михайловича из себя:

- Идемте, ПОЛКОВНИК. Кстати, а кто вы в обычной жизни?-не скрывая злой иронии спросил Владимир Михайлович.

-Полковник.-просто ответил полковник.

Они расположились на раскладных стульчиках около этого импровизированного стола. На расстеленной на траве, жесткой от крахмала, скатерти поблескивало серебром ведерко с шампанским, стояла бутылка смирновской водки с необычной, но легко узнаваемой этикеткой. На фарфоровых тарелочках с затейливыми буколическими картинками нагло развалились икра, сыр, осетрина, какие-то грибы и еще что-то совсем незнакомое Владимиру Михайловичу. Усатый Григорий замер в ожидании чуть слева и сзади от полковника. У атамана непроизвольно заработали, так хорошо исследованные академиком Павловым, рефлексы. Владимир Михайлович с явным недоверием осмотрел еще раз рюкзак Григория."Как там все это уместилось?" Полковник взял со скатерти салфетку и, как-то по-особенному сложив, расположил на коленях. Владимир Михайлович постарался в меру сил повторить эти действия. Получилось плохо. Григорий одним движением раскупорил водочную бутылку и мигом наполнил небольшие, украшенные вензелями рюмки. Владимир Михайлович отметил про себя, что этот усатый хитрован был мастером по части сервировки. "Самобранка" была сервирована идеально. Даже пустые консервные банки были уложены в прозрачный полиэтиленовый пакет. Владимир Михайлович заметил на некоторых надписи со старой грамматикой. Он указал на пакет наполненной рюмкой:

- А молодцы вы, россияне. Мода на патриотизм. Хорошо. Похвально.

-За Русь.- поднял рюмку полковник и добавил-алаверды, полковой тост: "Господа Деникин взял Вену! Ура! Ура! Ура!

Ни спрашивать ни комментировать ни этот ни последовавший за ним тост "За Государя Константина Алексеевича" Владимир Михайлович не стал. Он выпивал и налегал на икорку. Вдруг он вспомнил, что так и не спросил о самом главном:

-Скажите, Георгий Александрович, кто вас финансирует? Ответа не последовало. Они выпили "За честь и доблесть фанагорийцев и графа Суворова". Простоявший несколько часов на жаре, Владимир Михайлович быстро захмелел и затянул свою обычную волынку о проблемах казачества и монархического движения в Белоруссии в частности и мире в целом.Полковник молча кивал, но монолог Владимира Михайловича в диалог превращать не спешил. Они выпили еще раз, уже без тостов. Полковник неожиданно поинтересовался:

- Скажите, есаул, вы верите в существование параллельных миров? - Почитывал кое-что.-Владимир Михайлович промокнул жиденькие усы салфеткой. Он никогда не считал фантастику приличной литературой, но оскорблять щедрого собеседника не хотел.

-Я из параллельной России.-внезапно сказал полковник.

Владимир Михайлович сделал попытку посмотреть в глаза полковнику, но не выдержал и мгновения тяжелого взгляда. Он даже цвет глаз запомнить не успел. Владимир Михайлович изобразил вежливую улыбку.

-Издеваетесь над провинциалом?

-Зачем?

- Да мало ли- Владимир Михайлович в задумчивости пожал плечами- я когда-то передачу видел, так там бомжу дали один день миллионером прожить... "К чему это я?" подумал Владимир Михайлович и щелчком сшиб наглую божью коровку, самозабвенно исследовавшую его левый погон.

- То есть, как я понимаю, миникомпьютер из Твери или сотовый телефон нижегородского производства впечатления не произведет в качестве доказательства ? Владимир Михайлович рассмеялся:

- И медаль "За взятие Герата" тоже. Давайте сменим тему, я, простите, филолог, потому не большой поклонник НФ-литературы.

- А я большой.-довольно грубо ответил полковник- Все же. Чисто гипотетически. Что бы вас убедило? Владимир Михайлович великодушно решил принять правила игры.

- В параллельном мире должен существовать такой же Сенатрев, но с другой судьбой. Встреча с ним это и есть наилучшее доказательство. Полковник был слишком серъезен, что несколько сбивало с толку. К чему эти детские игры?

- Ваша встреча невозможна.

- Почему же?- рассмеялся Владимир Михайлович.- По законам жанра должна быть возможна!

- В моем мире, вольноопределяющийся 6-го Гродненского Лейб-гвардии гусарского полка Владимир Михайлович Сенатрев геройски погиб 12 декабря 1995 года при штурме города-крепости Герат, во время первого афганского похода генерала Головко.

- Видите! Только с Гератом у вас не очень удачно получилось.Закончить мысль полковник не дал.

- У меня собственно нет ни времени ни желания вступать с вами в полемику о достоинствах и недостатках фантастической литературы вашего мира. Я знаю что, а точнее кто вас убедит.

-Да и кто же? - с нескрываемой иронией поинтересовался Владимир Михайлович.

-Обернитесь!-приказал полковник. Владимир Михайлович послушно выполнил приказание и... чуть не упал со стула. Позади него шагах в трех стояла его жена!

-Ольга?-даже, несмотря на то, что имя жены состояло всего из двух слогов, Владимир Михайлович не произнес его, а скорее пролепетал. Конечно! Скандал, который сейчас последует... Отношение супруги к забавам атамана было известно не только соседям... Откуда она здесь появилась? Владимир Михайлович внутренне сжался и приготовился выслушивать внеочередное "прекратишь ты или нет играть в казаков-разбойников и поможешь мне по хозяйству!" Но ничего подобного к его удивлению не произошло. Что-то явно было не так. И дело было даже не в заплаканных глазах и необычной одежде жены. Ольга внезапно бросилась к атаману.

-Володя, Володенька... милый мой, любимый. Женщина, абсолютно ошеломив Владимира Михайловича, упала ему на грудь. И встав на колени, принялась гладить по голове, покрывать лицо горячими сухими поцелуями. Фуражка-"авианосец" слетела с головы и упала на тарелку с икрой. Полковник не врал. Ольга не стала бы участвовать в фарсе или дешевом розыгрыше. Сенатрев, как ни странно, любил свою жену. И она его. В этом мире... Значит и в том? В том, где он погиб одиннадцать лет назад... А она продолжала любить. Он неумело, неловко обнял ее за плечи:

- Оля, Оленька... не надо... Сенатрев не находил слов. Вдруг он вскочил на ноги. Руки непроизвольно сжались в кулаки. - Это жестоко! Как вы могли!!!-кричал Сенатрев.

Полковник был абсолютно невозмутим. Он встал и, скрестив руки на груди, произнес:


- Благодарю вас, Ольга Андреевна, вы свободны.

Женщина, опустив голову, послушно поднялась с колен и отошла:

- Спасибо, Георгий Александрович,- едва слышно произнесла она- Будь счастлив, Володенька.

Вся поникшая она, не оборачиваясь ушла, и вскоре скрылась за деревьями. Сенатрев бросился следом, прямо через скатерть, разметав приборы и перевернув ведерко с шампанским. Куски льда разлетелись по траве, ярко засверкав на солнце. По пути он врезался в неподвижную, как статуя, фигуру полковника. Ощущение было такое будто атаман столкнулся с электричкой на полном ходу. Полковник даже не пошатнулся.

- Есаул, успокойтесь. Ольга Андреевна знает о второй себе здесь. Она любезно согласилась помочь мне убедить вас. Сенатрев сник и без сил опустился на траву. Хмель улетучился без следа. Григорий поднес ему одну рюмку, вторую...

-Зачем я вам нужен?-атаман снизу вверх смотрел на полковника. В глазах стояли слезы.

- Нужно вернуть России ее заслуженное место и в этом мире. Утрите сопли. Вы же монархист, не позорьте погоны!- полковник кивнул в сторону Григория, который нимало не интересуясь происходящим, убирал остатки пиршества в свой безразмерный рюкзак- перед нижними чинами. Помните о своем альтер-эго! В русском Герате вам поставили памятник.

- Значит в вашем мире сбылась моя мечта?- с надеждой в голосе спросил Владимир Михайлович.- Я погиб в лихой кавалерийской атаке?

- Танковой.- бесстрастно поправил полковник. Владимир Михайлович вдруг забыл и про свое атаманство и про есаульство.

- Скажите, какой у вас год?

- Две тысячи шестой от Рождества Христова.

- Вы давно распоряжаетесь временем? - С двадцать второго года.

- Октябрьский переворот?

-Обошлось.

- В Первой мировой...

- Да. Константинополь- столица России.- полковник был абсолютно бесстрастен.

- Вторая мировая?

- В Германии монархия, обер-ефрейтор Гитлер, если вас это интересует, погиб в марте восемнадцатого при штурме нашими войсками Зееловских высот.

- Россия доминирует в вашем мире?

- И еще в шести. Ваш мир седьмой.

- Почему вы не помогли раньше?

- Помогали. Открытие церквей, амнистия священников, восстановление офицерского корпуса. Смерть Сталина, наконец...

-Нет, почему раньше не восстановили монархию у нас?

-Хотим обойтись малой кровью.

-Кто у власти?

-Его Величество Император и Самодержец Всероссийский Константин Алексеевич Романов.

- А наш президент?

-Лукашенко? -Да.

-Ротмистр Корпуса Пограничной Стражи Лукашенко Александр Григорьевич погиб в Восточной Пруссии во время Российско-Североамериканского конфликта восемьдесят второго года.

-Кто победил?

-Российская Империя установила протекторат над Аляской и тихоокеанским побережьем Северной Америки до Сан-Франциско. Владимир Михайлович неожиданно даже для самого себя попросил сигару. Прикурил, но сразу закашлявшись, выбросил в траву. Налил рюмку и тут же залпом осушил ее.

- Полковник...

-Да?

- У вас есть здесь двойник?

-У всех есть альтер-эго.

- Кто он?
Полковник немного помолчал, достал сигару, прикурил ее от золотой зажигалки и положил ее вместе с портсигаром на землю.

- Никто.-полковник опять сделал паузу, выпустил несколько колец дыма- Медленно, но верно спивающийся...-он опять помолчал немного.- Как у вас говорят-ветеран.

Владимир Михайлович лег на спину и стал смотреть в небо, пока перед глазами не заплясали веселые прозрачные шарики.

- Вы знаете будущее?

- Наши прогнозы верны на 99,87%.

-Что будет с Россией?

-При условии, что все агенты выполнят свои задачи к 2019 году Россия будет доминировать и в этом мире.

- Я тоже агент?
Полковник присел на корточки рядом с Владимиром Михайловичем.

- Выбирая агентов мы смотрим на историю их жизни в нашем мире, альтер эго, по определению, не может быть хуже в любом другом мире.

- Даже если сам мир хуже? -Да. - А если лучше? -Не принципиально. По набору личностных характеристик, амбиций все альтер-эго или, как вы их называете, двойники в одной и той же ситуации с вероятностью 99,87% должны действовать одинаково. Хотя в некоторых ситуациях возможно замещение.

-Это как?-Владимир Михайлович приподнял голову.

-Некий Иванов здесь может быть замещен на Иванова из нашего мира при наличии обоюдного согласия. Закон о временных перемещениях Российской Империи допускает это. Владимир Михайлович вспомнил фамилию полковника.

-Это Иванов...А Литаврин? Бесстрастный полковник улыбнулся.

- Угадали. Я собираюсь заместить здешнего Литаврина.

- А что на это ваши прогнозы?

- Все с той же вероятностью Георгий Александрович Литаврин будет расстрелян коммунистическим подпольем во время гражданской войны претендентов, то есть не позднее января 2009 года.

- Тогда зачем?-вскочил на ноги Владимир Михайлович.

- У меня есть поместье, деньги, нет долгов.., а с ним... Полковник выбросил окурок. - С ним мы похожи. Ведь он это и есть я. Не так ли?

- А я?- спросил Владимир Михайлович.

- Вы бы хотели вместо НЕГО-полковник сделал ударение на последнем слове-погибнуть в Герате?

- Неужели вы думаете, что лучше умереть от старости безвестным учителем словесности в вечерней школе?- Сенатрев зло сжал губы и опустился на траву.

Полковник присел рядом и обнял его за плечи.

- Вы не умрете безвестным учителем. Вы погибнете смертью героя, как и вам альтер-эго, три дня не дожив до победы. Первый после реставрации император назовет вашим именем улицу в каждом губернском городе.

- С какой вероятностью?

- Как всегда-99,87%
* * *
Владимир Михайлович вернулся домой за полночь. Жена с детьми гостила у тещи, так что скандала можно было не опасаться. Он включил свет на кухне, достал из холодильника бутылку водки и кусок ливерной колбасы. Затем открыл кран и брызнул в лицо водой. На кухонном столе валялась фуражка полковника, полученная взамен, утонувшего в икре "авианосца" и пакет с инструкциями по созданию нелегальной монархической организации, там же был номер шестизначного валютного счета банка Каймановых островов на предъявителя, паспорта... Владимир Михайлович посмотрел на часы. Разговор Литавриных должен был уже закончиться. Здешний сейчас наверное нежится на шелковых простынях или купается в шампанском, а полковник пытается уснуть в обществе пустых бутылок в одной из типовых малосемеек. Владимир Михайлович набрал номер телефона. Сонный "дикторский" голос ответил неожиданным:

-Кто это?

"Быстро освоился"-весело решил Владимир Михайлович.

-Георгий Александрович?

-Владимир?

"Уже не есаул"-злорадно подумал Владимир Михайлович. Обычный бесстрастный голос полковника продолжил:

-Поскольку "Большой брат" изволил откланяться, у тебя должны быть для меня какие-то инструкции. Закинь часикам к одиннадцати. -Добро?

-Откланяться? Как? Вы не... Владимир Михайлович не поверил ушам. Этот идиот САМ отказался от своего счастья! -... не поехали? Почему?

- Потому, что одним нравятся апельсины, а другим ящики. Спокойной ночи.-вместо дикторского голоса в трубке зачастили короткие гудки.

Владимир Михайлович в сердцах швырнул трубку на стол. Телефон брызнул осколками в разные стороны. Атаман ножом сорвал пробку с бутылки и до краев наполнил чайную чашку, залпом выпил и, подставив разинутый рот, под струю воды бившей из крана, жадно запил. Вода была теплой и сильно отдавала больницей. Сделав несколько жадных глотков, Владимир Михайлович откусил от ливерного полена и, продолжая жевать, вскрыл конверт. "Инструкции, список членов"-атаман рассмеялся. "Пароли-явки". "Благодетели!" Сенатрев выматерился вслух от души. "Улицы моим именем! Да пошли вы! Вон целый город таких улиц." Он посмотрел на чеки "Американ-Экспресс", кредитки и какие-то банковские документы. Да тут только на кредитках тыщ сорок зелени! Господи, это ж домик! Да какой к черту домик! Дворец во... Да где пожелаю! Владимир Михайлович был богат и, как следствие этого, счастлив. Он взял один из паспортов: Строев Максим Игоревич. Да будет так! Макс-это звучит! Вдруг солнце прекрасного "завтра" скрыла громадная черная туча. А если найдут? Хрен они найдут! Туча превратилась в легкое облачко, которое тут же прогнал ветер перемен. Нет "смертью героя" это не для Влади... тьфу! Не для Макса Строева! Улицы! Плевать на улицы! Он вдруг что-то вспомнил. Оля? Да черт с ней-дурой деревенской! Впереди их много всяких. Всех цветов и расцветок. Макс богат! Новоявленный Макс потер руки и пританцовывая отправился в зал. Он быстро нашел визитку с телефоном того самого с красной книжечкой, что брал анкету. Но звонить поздно. Ладно утром, а пока... Владимир-Макс взяллист писчей бумаги и вывел на ней своим аккуратным каллиграфическим почерком:" Начальнику УКГБ..."
Владимир -Макс закончил писать под утро, когда он наконец поставил нечто вроде подписи: "сообщил источник "Опричник",на улице совсем рассвело. Он взглянул на мятую фуражку полковника. "Так сколько ты мне процентов от ста оставил?" Фуражка полетела в открытую форточку. "Будь спокоен, я ими воспользуюсь в полной мере, полковник!". Владимир-Макс встал, скомкал казачий китель с университетским "поплавком" и пропихнул его в форточку.

* * *
-Какова вераятнасць вы гаварыце?-спросил своего собеседника мужчина в спортивном костюме белорусской сборной и вязаной шапочке, глубоко надвинутой на пронзительные цыганские глаза. Говорил он с чувствительным белорусским акцентом.

-99,87%-ответил его собеседник, высокий широкоплечий мужчина того спортивного типа, когда не определишь двадцать пять ему или все сорок.

Невдалеке с людьми в темных костюмах, в которых легко угадывались профессиональные телохранители, разговаривал усатый невысокий мужичок в сером пиджаке и с хитрющими глазами.

- Так што ты гаварыш, палковник у вас было з маим двайником? -мужчина в костюме сборной зябко поежился. Утро, несмотря на вчерашнюю жару, было весьма прохладным.

-Ротмистр Корпуса Пограничной...-начал собеседник бесстрастным, хорошо поставленным, как у телевизионного диктора, голосом.

... А где-то в другом месте в это же время порыв ветра опустил на пыльную мостовую китель из сукна цвета "царский зеленый" с пришпиленным университетским "поплавком"... АLLЕS.

А что, мне в общем понравилось. Читалось легко, вот только концовку я не вполне понял...

Уги Вам завтра ответит, сегодня он только может прочитать

Хорошо!
Только не для всех

Видно, что загоняешься на тему, но многие читатели не разделят

Местами диалоги слегка путанные - тяжело понять кто кому говорит

Спасибо конечно, парни, за доброе слово, оно и кошке приятно.

Хороший текст, смачный.

Жратва особенно порадовала. Первый признак хорошего текста - это если там персонажи чего-то едят, а не просто исполняют сюжетные функции

Да, соглашусь, текст неплохой, но вот концовка скомканная и немного убила впечатление от рассказа, но это всего лишь мое впечатление.

И все? А где фирменное кхмеровское "только я бы добавил..."©? Знаю. У меня тогда тетрадка заканчивалась, а за новой идти в магазин было влом.

Да не, я бы убавил кое-что Ну, когда оно не свое - не жалко!

Например



Вообще, показательный оборот. Последовательные определения - штука очень специальная, не стоит их наворачивать без особой нужды.

Вот погоди, ужо доберусь я до тебя! Скока раз повторять? Не понимаю по-кхмерску Покажи, как надоть!