Выкладываю лишь несколько первых страниц. Пишу полноценную книгу. Хотелось бы услышать ваше мнение, ведь язык выбрал не совсем литературный. Каковы шансы публикации подобного? Буду рад любой критике, однако, не думаю, что стоит переписывать от третьего лица и убирать просторечные выражения, поскольку именно восприятие через призму молодого человека придаёт остроты произведению.

Сказка за колючей проволокой

Пролог.

С небольшим усилием Сергей открыл тяжёлую железную дверь и вышел из своей комнаты. В левой руке он держал бумажный пакет с разными вкусностями для питомцев. Предстоял вечерний обход оранжереи. Прямо перед ним тянулся длинный серый коридор с большим количеством дверей по бокам. Ряд тусклых ламп дневного света, потрескивая и перемигиваясь, разгонял начавшую сгущаться темноту. По правде говоря, время обходов уже давно наступило. Все разбрелись по своим рабочим местам, и жилой этаж был почти безлюден. Только Вадим, смотритель тёмной оранжереи, шёл навстречу, наверное, возвращаясь в свою комнату.
- Привет, - буркнул Сергей. Настроение было паршивым, и разговаривать о чём-то совсем не хотелось. Парень повернулся к двери и достал ключи. Вышел – запри дверь, вошёл – запри дверь. Одно из основных правил по безопасности заповедника – никогда не оставляй дверь незапертой.
Не будь он настолько уставшим, занятым своими мыслями, он бы сразу понял, что происходит. Но сказывалась проведённая без сна прошлая ночь в оранжерее, ссора с директрисой «Нам не надо тут вашей самодеятельности! Вы чуть её не угробили!». И эти детские наивные глаза всё не могли выйти из головы и, как будто бы, детский голосок спрашивал «ты ведь не хотел меня убить? Ты ведь не хотел? Ты не мог!». Видение стало настолько явным, что Сергей вздрогнул. Нет, этого не было, это всего лишь воображение…
Прямо перед глазами всё та же железная дверь, замочная скважина и собственная рука с ключом. Вот только рука почему-то дрожит, очень сильно дрожит, ключ буквально пляшет вокруг замочной скважины, царапая дверь, но, не попадая в замок.
«Не могут нормальное освещение сделать?» - разозлено подумал Сергей, и вдруг осознал, что что-то не так. Где-то внутри него чей-то голос истошно кричал «Беги! Беги! Беги!». Пока Сергей пытался понять, что же на самом деле происходит, память заботливо отмотала плёнку назад. Вот он открывает дверь и делает шаг вперёд. Вот перед ним всё тот же длинный серый полуосвещённый коридор с обшарпанными стенами, с несколькими ответвлениями, с множеством закрытых металлических дверей. Через забранные крепкой металлической решёткой окна, кажется, просачивается темнота. Несколько тревожных кнопок на стенах, несколько камер наблюдения. Абсолютная тишина. Никого. Лишь смотритель тёмной оранжереи бесшумно направляется в его сторону. Всё те же старые потёртые джинсы, уже порядком сносившаяся футболка, но вот лицо… вытянувшиеся вперёд челюсти, волосы, уже более походившие на шерсть, глаза, налитые кровью и, казалось, светившиеся своим светом.
- Привет, - неуверенно прозвучал свой собственный голос – память продолжала отматывать плёнку и всё тот же задумавшийся Сергей поворачивает голову к двери и достаёт ключи, но боковое зрение успевает зафиксировать, как смотритель переходит на бег…
«Он заражён! Смотритель оборотень!» - молнией пронеслось в голове.
Выронив ключи, Сергей резко повернул голову, но было уже поздно. Толчок передних лап-рук опрокидывает его на пол, и ещё в падении ужасная пасть впивается в горло. Хлоп, рядом с Сергеем падает бумажный свёрток и из него выкатывается банка каких-то консервов и укатывается вдаль по коридору. Ещё живой Сергей перевёл взгляд на бывшего коллегу – сейчас он мало чем отличался от обычной дворовой собаки, но вот только грыз он не найденную кость, мощные челюсти вгрызались в ещё живого человека, в Сергея.
Почему человек не может умереть сразу, как только теряет надежду выжить? Почему вынужден смотреть, как его рвут на части? Где-то внутри ещё билась безумная мысль: «Это не со мной! Это не должно быть со мной! Меня ещё можно спасти! Сейчас прибежит охрана, убьют оборотня и меня спасут! Я не должен умереть!». Мысли начинают путаться. Перед глазами всплывают различные образы.
Вот обычный городской дворик. На скамейке он, Сергей, и, какой-то незнакомый пока ещё старик.
- Я хотел бы предложить тебе очень интересную работу, поработать на которой мечтают и мечтали миллионы людей, - увлечённо говорит старик, - но удавалось это лишь единицам. Скажи, ты веришь в сказки?
Скажи, ты веришь в сказки? Ты веришь в сказки? – эхом пронеслось в голове.
Тот же серый коридор – тот же оборотень продолжает вгрызаться в горло Сергея…
Лужайка в оранжерее. Маленькая девочка бьётся в конвульсиях. Сергей стоит рядом на коленях, шепча, «Я не хотел, я не хотел, я не хотел…» и детский голос в голове «Ты ведь не хотел меня убить? Ты ведь не хотел? Ты не мог!»
Тот же коридор. По морде бывшего коллеги струится свежая кровь…
- Скажи, ты веришь в сказки? – спрашивает старик на скамейке…
Тот самый старик, проклятый старик…
Чтоб ты сдох, старик, чтоб ты сдох!...
Наконец Сергей умирает.



Часть первая
Трудоустройство.

Зелёный. Перехожу дорогу. У входа огромная лужа. Ну отлично, только тебя мне не хватало. Обходить парк, чтобы войти через другой вход, никакого настроения. Пробормотав стандартное “Твою мать!” лезу через забор. И плевать, что подумают прохожие, увидев, как взрослый дядька лезет в парк через забор. Я захотел войти посидеть на лавочке – я вошёл. И не ипёт, как я это сделал. Ближайшая лавочка свободна… Естественно – не каждый догадается войти в парк через забор, все же цивилизованные…
Бросаю газету на лавочку. Сажусь сверху – ну хоть для чего-то пригодится. Если бы курил – закурил бы, а так приходится сидеть и разглядывать прохожих. В основном молодые мамаши с детьми, что, конечно, радует: молодых папаш я бы разглядывал с меньшим удовольствием.
Итак, надо собраться с мыслями. Ещё один облом, снова лохотрон. Лицо не особо, но фигура очень даже ничего и малыш забавно ковыляет кривыми ножками…
Мимо по аллейке прошла молодая мамаша с кривоногим карапузом…
Мда, работу в наше время найти действительно совсем не просто. Ну и что теперь делать? Ух ты, ух ты, не идет, а пишет. Ну и зачем одевать такую короткую юбку, а затем идти и всё время её одёргивать? Одела бы длинную или, на крайняк, брюки, шорты… Ой, не, ну вы посмотрите: застеснялась, глазки отводит, а сама то посматривает, постреливает… Иди, иди, не до тебя сейчас. Я думаю...
Итак, подведём итоги. Затрачено уже больше половины дня. Обойдено пять адресов из семи. Результат нулевой. Ноги гудят. Если честно то надежды на последние два адреса почти нет, всё самое интересное я обошёл ещё утром. Хм, интересно, это пожилая мамаша или молодая бабушка? А сзади смотрится ничего так… Может ну нах? Пойти домой, завалиться на диван, поваляться перед телевизором? Ну, дедка разглядывать совсем не интересно. На пенсии человек, отдыхает. Везёт же. Итак, домой или по адресам? Наверное, всё-таки добью, чтобы точно знать, что везде облом. Не, ну что мало лавочек? На пару с дедком, рассматривать девушек, что-то кайфолом…
- Закурите? – пожилой человек присел на мою скамейки и достал из кармана пачку сигарет.
- Нет, спасибо, я не курю, - “по ходу компании человеку захотелось, бывает, в принципе я не тороплюсь”. Всегда с интересом знакомился с любыми людьми.
- Молодец, а я вот всё никак не брошу. Работа, знаете ли, нервная, - пожилой человек достал сигарету, и убрал пачку в карман. – А огонька не найдётся?
- Да нет. Я же не курю.
- Ну да, верно… Молодой человек, у вас огонька не будет? – спросил он у проходившего мимо паренька.
Паренёк протянул зажигалку.
- Благодарю, - произнёс пожилой человек, возвращая зажигалку. Затем повернулся ко мне. – Работу ищете?
- Да. А как вы догадались?
- Газета, простите, под вашим задом, не для чего более, как для поиска работы не предназначена.
- Ах, ну да, - улыбнулся я. Забавный дедок. На вид лет семьдесят, а ведет себя как молодой и с чувством умора всё в порядке. Костюмчик, туфли, аккуратная бородка, говорит что работает. Впечатление приятное, однозначно.
- Аристарх Степанович.
- Ммм… Виктор, - говорю с некоторой задержкой. Такого резкого перехода к знакомству я, если честно, ни как не ожидал.
- Очень приятно. Скажите, Виктор, как движутся поиски?
- Да ну знаете, пока не очень, но, как говориться: надежда умирает последней.
Мой новый знакомый улыбнулся.
- Давно ищете?
- Не так чтобы очень, но и не со вчерашнего дня, - решил приврать я.
- Ясненько. А работу какого рода вы ищете?
Я лишь неопределённо пожал плечами и улыбнулся.
- Ясненько, - вновь пробормотал дедок, - а что вы скажете, если я предложу вам работу?
- Вы? Хм, ну это смотря, что за работа – после двухсекундного раздумья ответил я “Ну надо же, на ловца и зверь бежит”.
- Как вы относитесь к работе вахтовым методом?
- Эм, ну если честно не очень, - “ну всё ясно, в далёкой Сибири срочно требуется какой-нибудь не шибко квалифицированный рабочий” только вспыхнувшая надежда начала тут же угасать…
- А почему? Позвольте полюбопытствовать.
- Ну знаете – вахта - это не совсем жизнь. Чужой город, никаких знакомых, мужской коллектив, несколько месяцев не живёшь, а только работаешь… В общем не стоит это того.
- Хм, вроде бы верно. Но только не в нашем случае. А что если работа сама по себе очень интересна и увлекательна? Увлекательная работа, достойные условия проживания, обслуживающий персонал, в коллективе представители обоих полов, хорошая оплата… Это вовсе не та вахта, на которую мотается пол России. Я хотел бы предложить вам очень интересную работу, поработать на которой мечтают и мечтали миллионы людей, но удавалось это лишь единицам! – Если честно, в этот момент старик напоминал торгового агента, что постоянно ломятся в мою дверь.
- Эм, простите, что перебиваю. Но вы мне часом не президентом предлагаете податься в одну из стран ближнего зарубежья на один-два срока?
Старик расхохотался.
- Я вижу с чувством юмора у вас всё в порядке.
- У вас тоже, - улыбнулся я. – Ну так, что же это за работа?
Старик загадочно улыбнулся.
- Для начала ответите мне на один такой вопрос: верите ли вы в сказки?
- Эм, что?
- Верите ли вы в существование сказочных существ? Хотели ли бы вы с ними встретиться?
- Ну, было бы не плохо – удивлённый такой постановкой вопроса протянул я. “Дедок сумасшедший?”
- Ну вот и отлично! Держите, - дедок протянул мне пачку денежных купюр – тут 30 тысяч, это аванс, так сказать на сборы. Самолёт вылетает завтра из городского аэропорта, буду ждать вас завтра к трём часам у входа с вещами. Ну а теперь извините, мне надо бежать. Поторопитесь, у вас мало времени на сборы. – с этими словами он вскочил с лавочки и направился к выходу из парка.
Несколько секунд я лишь беззвучно пялился на деньги, на удаляющегося старика….
- Стойте, а как же… А куда… А как же…– всё случилось так быстро и неожиданно, что я, мягко говоря, растерялся. Нужно было задать так много вопросов, уточнений… - А если я не приду? – крикнул я ему в спину.
- Придёте – обронил он не оборачиваясь, и вышел из парка.

Часть вторая.
Прощай, родимый дом.


Диван, два кресла, палас на полу, телевизор на тумбочке. Вроде бы квартира съёмная, а успел привязаться. Завтра перед отлётом не забыть отдать ключи хозяевам.
А может это и не тоска по покидаемому дому, может просто не уверенность в будущем. Не знаю, но как-то тяжело внутри. Вот так взять и в один день бросить всё, квартиру, друзей, знакомых, улететь туда, не знаю куда, чтобы неизвестно чем там заниматься, но за хорошие деньги. То, что деньги хорошие и так понятно. Тридцать тысяч аванса непосредственно при устройстве на работу мне ещё получать не приходилось.
Но, как-то неожиданно и сумбурно всё произошло. Появился старик, сунул деньги и пропал. Если бы не деньги, я бы, наверное, сомневался, а не приснилось ли мне это там, в парке, на лавочке, да и в аэропорт по любому бы не поехал. Но тридцать кусков – это тридцать кусков. Лежат себе в кармане, бесспорным доказательством того, что это был не сон, и никуда от них не денешься…
- Слушай, а может ты нам гонишь? Может на самом деле бомбанул того дедка, там, в парке, на тридцать штук, а теперь по скорому сваливаешь из города, пока менты не замели? Да ладно шучу, шучу… - Андрей отхлебнул пива из бокала. – Ну а что там этот дедок ещё говорил? Давай, рассказывай.
- Да ни чё не сказал. Сказал, что отлёт завтра в три, в аэропорту встретит. Вот и всё.
- Ну, а куда лететь то сказал? Кем работать?
- Нет, не сказал, - сказать, что в данный момент я чувствовал себя идиотом – не сказать ни чего, я себя так с обеда ощущаю: не знаю, куда и за чем лечу. Всё может ещё оказаться дурацким розыгрышем или ошибкой, а я уже и вещи упаковал и квартиру сдал, и с парнями прощаюсь.
Должно быть, эта же мысль пришла в голову и Андрею. Он, с лицом учёного, только что сделавшего наиважнейшее открытие в науке, подался немного в мою сторону из кресла:
- Слушай, Витёк…
- Что?
- Да ты оказывается форменный валенок! – и с довольным видом откинулся обратно на спинку кресла. В соседнем кресле во весь голос закатился Роман.
- Не, ну а чё? – продолжает, довольный произведённым впечатлением Андрей, - может тебя в рабство, в Турцию продают, а ты тут радуешься, чумоданы собрал. Будешь потом круглый год какому-нибудь турку картошку в огороде копать…
- Да не, какая Турция? На север по любому… Проститутом. Витёк у нас парень высокий, симпотный. Он эти тридцать кусков за пару дней отработает. Будет пожилых жён нефтяников ублажать. И работа интересная, и девок в коллективе достаточно – смотри-ка, всё сходится, как дедок и описывал.
На этот раз закатился Андрей.
- Ну а сказки то тут при чём?
- Ну, не знаю, может он им сказки на ночь будет рассказывать? может они ему… - с невозмутимым видом продолжал Роман.
Тут уже и я не выдержал и расхохотался. Андрей и Роман – друзья детства, друзья юности и вот, сейчас, когда всем троим уже за двадцать, всё так же не разлей вода.
- Эх, парни, вот что действительно тяжко, так это с вами расставаться. Но, вахта-это вахта – пара месяцев там пара тут. Ждите меня, и я вернусь, а может и раньше.
- Братух, ну а если какие проблемы, ты дай нам знать, а мы тебя хоть из Африки вызволим.
- За нас – произнёс Андрей.
- За нас – подхватили мы с Романом, и чокнулись бокалами.
- Главное, чтобы не на органы – с задумчивым видом добавил Роман.

Знаете ли вы, каково это, чувствовать себя идиотом? А я вот знаю! Вот стою у входа в аэропорт с чемоданами и именно так себя ощущаю. Я, конечно, всякое мог предположить, но что на назначенную встречу не явится сам старик, этого я ни как предположить не мог!
Вокруг бегают какие-то дядьки и тётки с сумками, что весят в два раза больше своих владельцев, а вот моего вчерашнего аккуратного старичка нет, как нет. Ни в три часа, ни в 15:05, ни в 15:10 появиться на ступеньках аэропорта он как-то не захотел.
Ну, и чего мне теперь делать? Вернуться домой с глупой улыбкой: «Ребят, а как я вас всех наипал?» Однако. И тридцать тысяч оставить себе как сувенир? А фиг его знает, что там с этим дедком, ему ж лет семьдесят, а может и восемьдесят. Может, он помер уже пол дня как, а я на ступеньках тут с чемоданами? И позвонить не куда, и спросить не у кого…
- Ты – Виктор? – пробасили над ухом. Ни чего се дядька! Это ж пять вчерашних дедков, а может и все шесть!
- Эээ… Ну да, я…
- Пошли, опаздываем.
Мужик повернулся ко мне спиной и бодро пошагал к входу в аэропорт. Я конечно парень не из пугливых, но спорить с ним мне чего-то не захотелось. Если я и допускал мысль, что вчерашний дедок отвезёт меня в сказку, то сегодняшний провожатый ассоциировался у меня почему-то исключительно с торговцами оружием и наркотиками… ну и может быть органами. Подумать только, как быстро может измениться у человека восприятие окружающего мира: всего минуту назад я чувствовал себя как идиот, а вот теперь я самый настоящий баран, которого ведут на убой! Я вот вчера метался, простыни стирал; кружка, ложка, тарелка, зубная щётка и паста; сменная одежда и прочий хлам взаправдашнего вахтовика… А может ничего и не надо было, органы то вот они, во мне, бери да вырезай…
- А где Аристарх Степанович?
- М? А он тебе зачем? Он не полетит.
- Ну, как бы, он вчера приглашал и всё такое…
- Просто иди за мной.
- А вы кто?
- Курьер.
Ну, вот и пообщались. Бежать за моим новым провожатым и одновременно доставать его вопросами, было как-то не удобно. Удалось только узнать, что он курьер и дедка с нами не будет. Передать словами всё, что творилось у меня на душе невозможно: непонятная работа, как снег на голову, загадочный дедок, курьер килограммов на сто тридцать, тридцать тысяч наличкой и пара литров вчерашнего пива… И что мне со всем этим делать? Ясно что: бежать за курьером да помалкивать.
А вот дядька явно летел не в первый раз: без чьих либо подсказок уверенно топал к самолёту, по пути несколько раз здоровался со служащими аэропорта…
- А нам разве не нужно пройти проверку багажа? Ну, там билеты показать, и там рентген такой…
- Нам не нужно.
Курьер у меня не очень многословен.
- Привет, это со мной, - поздоровался он с людьми в форме и прошёл мимо толпы будущих пассажиров, - Документы, деньги с собой?
- Тут – хлопнул себя по грудному карману.
- Хорошо. Сумки тут поставь, о них позаботятся.
- А?.. Ага…
Поставленные мною сумки тут же подхватил один из этих ребят. А я покорно побежал за своим провожатым….
В самолёт нас пустили без всяких проверок. Дядька молча ткнул пальцем в кресло, и я тут же в него уселся. Он сел в соседнее, перекрывая мне все пути к отходу.
- И? Куда мы летим?
- А чего ты у меня спрашиваешь, куда ты летишь?! – и вновь я почувствовал себя идиотом, во всяком случае, именно так смотрел на меня мой курьер.
- Ну, как бы ты меня везёшь.
- Мне сказали, я и везу, прилетишь-узнаешь.
- А ты что, не знаешь, куда меня везёшь?
- Эх, и где только таких находят? – мужик откинулся на спинку кресла. – Я если честно и сам не знаю точно. Я до городка довезу, а там местные заберут. Вот у них и спросишь.
- И часто ты так людей возишь?
Мужик повернулся ко мне лицом и ненадолго задумался.
- Ты - третий. Не задавай мне больше вопросов про работу.
- Ну ладно, а зовут то тебя как?
- Мы тёзки.
- Ясно.
- Дай поспать.
- Хорошо.
Вот и всё. Самолёт наполнился пассажирами, что-то там говорила стюардесса и вот мы взлетели. В другой раз я бы обязательно начал бы пялиться по сторонам, как ни как впервые на самолёте лечу. Да только не тем голова забита. Мало мне деда, так тут ещё и курьер. Вопросов всё больше, ответов всё меньше... Будь у меня провожатый помельче, я бы из него всю душу вытряс, но добился ответов. А вот тёзку будить что-то не хотелось. Спит человек, вот и хорошо, что спит, а то кто его знает…

Часть 3. Последний рывок.

Летели больше часа, жаль не засёк сколько. Аэропорт показался каким-то безлюдным, наверное, городок совсем маленький. Служащие так же без вопросов отдали мне мои сумки, и мы потопали наружу. Интересно, что теперь? Неужто вот она, разгадка тайны?
Оказалось, что нет. Выйдя с аэропорта, тёзка уверенно прошёл мимо кучки таксистов и направился к шестёрке припаркованной неподалёку.
- Прыгай, сумки на заднее кинь, - сказал он мне, когда шестёрка мигнула сигнализацией.
- У тебя тут и машина есть?
- Да.
- А говорил, в третий раз летишь…
- Человека в третий раз везу, документы постоянно вожу. Садись.
Ну и что делать? Спорить то теперь поздновато. Закинул сумки, и уселся сам.
- Долго ещё?
- Часа полтора – два, зависит от дороги. Отдам тебя ребятам они и разберутся.
- Что за ребята?
- Да местные. Всё время за документами приезжают и тебя заберут.
Минут через двадцать мы выехали за город и понеслись по каким-то неведомым мне дорогам. Неожиданно тёзка начал вполне нормально отвечать на вопросы. Не знаю, почему он не захотел говорить в самолёте, возможно наличие других пассажиров на него так подействовало. Но в родной шестёрке он общался как какой-нибудь сосед по лестничной клетке. Оказалось, что работа у него состояла в том, чтобы брать портфель в определённом месте и везти его сюда «местным ребятам». Изредка к портфелю прилагались люди, такие же молодые ребята, как и я. В аэропортах не досматривали, потому что были у моего курьера документы и разрешения особые. И не моё, собачье дело, какие именно. Попутно я поведал своему провожатому нехитрую историю своей жизни, поделились парой анекдотов.
Когда, после чёрт знает какого поворота, в чёрт знает какую уже сторону перед нами показалось место с рядом длинных построек, которые я охарактеризовал для себя как склады, мы уже были чуть ли не взаправдашними друзьями.
Тёзка подтвердил, что это были склады.
- Перевалочная база. Тут скидывают большинство грузов, а потом забирают партиями, по мере надобности. Не бойся. Думаю, тебя заберут сразу и целиком.
Всего складов я насчитал четыре. По периметру склады были окружены забором с колючей проволокой. Стоило нам притормозить перед шлагбаумом, как перед нами нарисовался дядька в форме и с кобурой.
- Привет, а говорили, двоих привезёшь, - протянул дядька, заглядывая в машину.
- Здоров. Понятия не имею. Сколько дали, столько и привёз, – копируя шутливый тон, ответил мой провожатый.
- Ну, давай, проезжай, они у второго склада, уже загрузились, сидят, вас дожидаются.

Как и обещал караульный, нас уже ждали. На асфальтированной площадке перед одним из складов были припаркованы газель грузового типа и пассажирский уазик. Перед автомобилями стояло пятеро парней в камуфляжной форме. Пагонов у них не было, однако оружие имелось у всех. Моё внимание привлёк один из военных. На вид лет сорок, вес более ста килограмм, и не похоже, чтобы это был жир. И взгляд, тяжёлый, неприятный. Интуитивно я опознал в нём главного.
Открылась дверь уазика, и на площадку выпрыгнул ещё один человек. Внешне он напоминал мне профессора из университета: невысокий, лет пятьдесят, борода, очки. Хлопнув дверью «профессор» направился к нашей шестёрке.
- Здравствуйте, Юрий Степанович, вот привёз, - мой курьер выскочил из шестёрки и засуетился перед «профессором».
- Здравствуй, Витя, здравствуй. А что всего один парень? Странно, ждали двоих…
- Понятия не имею. Дали одного, одного и привёз.
- Ну, какой ты, Витя, не сообразительный! Мог бы сам кого-нибудь по дороге отловить! –укоризненно пробурчал «профессор».
- Виноват! Не догадался!... Вот бумаги. Распишитесь, пожалуйста.
- Да, конечно… Ну как там, в цивилизованном обществе? Луну ещё не заселили?
- Да, знаете, то конец света, то выборы президента, то Евровидение… До луны всё никак руки не дойдут… - натурально изобразил измученность ежедневными заботами мой тёзка.
- Ах, вот оно что! Ну тогда понятно… А мы вот тут, в глуши, наскальными рисунками балуемся… Так, вроде с бумагами всё. Ну-с, а вас как зовут, молодой человек?
- Виктор.
- Тоже Виктор? Очень приятно. Я Юрий Степанович. Ну что, поехали, Виктор?
- Ага. Сейчас, сумки возьму, - засуетился я.

Ну, не уж-то конец пути? Когда доставал сумки, заметил, как дрожат руки. Перенервничал, однако! Пожал напоследок тёзке руку – дядька он хоть и страшный, но хороший!
- Идём в уазик, мы сегодня двоих ждали, а тут вот видишь – недовоз! – Заметив наше приближение, камуфляжные начали рассаживаться по машинам.- Зато места тебе точно хватит. Устал с дороги, наверное?
- Да не то чтобы очень…
- Ну, ничего, ничего, сейчас двадцать минут и дома. Отдохнёшь, покушаешь…
- Всё? – перебил камуфляжный, которого раньше я определил как главного. – Трогай.
- Знакомься, Витя, это Олег Вячеславович, начальник нашей службы безопасности. С ним шутки плохи.
- Здрасте.
- Привет, - процедил СБшник, – Служил где? Ордена, ранения были? – спросил он, немного помолчав.
- Да нет, не служил…
- Везут всякое г..но, а нам расхлёбывать приходится…
Больше за всю дорогу он не проронил ни слова.

Часть 4. Заповедник

- Ну, вот мы и дома! Смотри, Витя, теперь ты будешь жить тут!
А посмотреть было на что. Влево и вправо от дороги уходила высокая кирпичная стена. На глаз сложно оценить высоту, но что за ней легко можно спрятать ряд пятиэтажек, в этом я не сомневался. Через некоторый промежуток над стеной высились строения, издалека напоминавшие башни замка. Не смотря на то, что до неё оставалось ещё не менее половины километра увидеть край мне так и не удалось. Со всех сторон стены окружал лесной массив. И это я ещё не упоминал о трёх блокпостах, которые нам пришлось миновать по пути сюда. Впечатление создавалось смешанное – как будто средневековую крепость укомплектовали ротой хорошо вооружённых солдат. Велика же ты, Россия, мать!
- Ну ни … себе! – вырвалось непроизвольно.
- Хе-хе, впечатляет, правда? Это ты ещё внутри не был! – радовался произведённому впечатлению Юрий Степанович.
Не громко шурша шинами по асфальту, наша мини колонна из двух машин приблизилась к воротам. Воротам надо уделить отдельное внимание. Это была не обычная жестянка, которыми обычно оборудованы склады, территории различных предприятий, которые мне доводилось видеть ранее. Это был сплошной металлический лист метров пять в высоту и четыре в ширину. Сложно представить, сколько весила эта железяка, однако, судя по толщине, по ней хоть с пулемёта стреляй. Когда ворота начали медленно отъезжать в сторону, я увидел, что сбоку снизу и сверху створа ворот сделаны специальные пазы, в которые входит воротина, не оставляя ни малейшей щели. А за воротами – дядьки с автоматами, собаки на цепях, видеокамеры, штуки, назначение которых мне непонятно, и… ещё одни ворота!
- Ты уж извини, Вить, что мы с чёрного входа, но тут процедура входа попроще… - не унимался Юрий Степанович.
- Выходим – грубо прервал его СБшник. – Сумки оставь тут. Иди за мной.
Оставив автомобили и свои вещи на попечение «профессору» я послушно поплёлся за своим новым конвоиром. Что я ожидал увидеть за вторыми воротами? Сложно сказать. Задумываясь над вопросом, что можно прятать в глухом лесу у чёрта на куличиках за нереально огромной стеной под охраной небольшой армии моя фантазия разлеталась вдребезги. Однако ни летающих тарелок, посаженых на цепи, ни нереально огромных ракет с ядерным зарядом, ни чего-то ещё не менее захватывающего увидеть мне не удалось. Всего лишь огромные, непонятные каменные здания с куполообразной крышей. Ни окон, ни дверей на них не было видно. «Что это? Ещё склады?». От ворот мне разглядеть удалось лишь два здания – своими размерами они закрывали от обзора остальную территорию. Позади же находилась стена.
- Послушай…те… а стена… она сплошная?
- Да.
- Да ладно, а зачем строить стену такой толщины? Это же метра четыре, не меньше!
- Скоро тебе всё объяснят, тогда и спросишь. У меня нет ни какого настроения, с тобой нянчиться. Сюда.
Здание, которое я окрестил про себя, как сторожку, могло запросто вместить для проживания десяток семей. Решётки на окнах и непонятные пристройки на крышах выдавали в нём военный объект. СБшник уверенно прошёл в один из кабинетов, наверное, его собственный. Ничего особенного, стол, телевизор, диван, холодильник.
- Раздевайся.
- В смысле?
- В прямом.
- Что, до трусов?
- Трусы тоже снимай… Ну что встал? Быстро! Наденешь вот это.
- Может мне куда выйти переодеться?
- Зачем?
- А вы что, будете смотреть, как я переодеваюсь?
- Да, какие-то проблемы?
От первоначального настроения не осталось и следа. Вот тебе суровая реальность, делай, что скажут и не вякай. Да и глупо было бы спорить теперь, когда уже приехал… «Да что я как девица красная, в самом то деле? – рассердился сам на себя. – Хочет меня голого посмотреть? Да на, смотри!»
- Повернись.
- Что??
- Подними руки вверх и повернись… покажи ладони… хорошо, одевайся.
- А… моя одежда.
- Позже получишь обратно.
- Но там в карманах…
- С собой проносить ничего нельзя. Когда проверим, вернём всё что допустимо.
Так это обыск? Господи, неужели нельзя было сразу сказать? Да и к чему такой тщательный? Я что террорист?
- А деньги?
- Не бойся и деньги вернём.
- Одежда великовата…
- Позже выдадут по размеру.
- А, что это за объект? – наконец-то я задал вопрос, задать который всё ни как не решался.
- Заповедник.
- Заповедник?!
- Да, идём дальше, тебе ещё сегодня многое надо успеть.

Часть 5. Инга

- Ты за ним? – СБшник уставился на девушку лет двадцати – двадцати пяти. Стройная брюнетка с короткой стрижкой и большими глазами…. А мне нравится! В принципе, я не против, чтобы меня досмотрели повторно!
- Да, за ним. Можно забирать? – Девушка поднялась со стула в коридоре.
- Забирай, – буркнул СБшник и удалился обратно к себе в кабинет, чему я был несказанно рад.
- Ну, что, идём?
- Девушка, с вами, хоть на край света!
- Похоже, несладко тебе с Олегом пришлось, - улыбнулась девушка, глядя на мою реакцию.
- Ну да, страшный дядька, особенно досмотр.
- Ах, это…. Ну да. Но через это все проходят.
- Как, и Вы?!
- Ну, да.
- Везёт же некоторым! – недовольно покосился на кабинет СБшника. Девушка рассмеялась. Так, непринуждённо болтая, мы вышли из «сторожки» и направились куда-то вглубь заповедника.
- А куда мы идём?
- В административный корпус, пройдёшь медицинское обследование, потом инструктаж у директрисы, потом покажу тебе твою комнату…. Ну, в принципе там ты и останешься до утра. Ну а дальше завтра…
- А ты меня теперь всегда опекать будешь?
- Нет, конечно, у меня своих забот невпроворот… Меня Инга зовут.
- А.. ага. Витя.
- Очень приятно.
- Ага.
- Тебе уже сказали, в какой оранжерее ты будешь? – поинтересовалась новая знакомая.
- Нет, ничего не говорили, а что это за оранжереи такие?
- Ну… это вот! – и с этим словами Инга ткнула пальцем в стену одного из зданий, которые я заприметил ранее. – Как видишь, это синяя оранжерея.
- О! так у вас цвет стен определяет название оранжереи!
- Нет, это содержание оранжереи определяет цвет её стен. Эта синяя - моя, та, что слева, белая оранжерея. Ты, скорее всего, будешь за зелёной присматривать. У нас ещё и тёмная без присмотра, но ты туда не подходишь, это сразу видно.
- Это почему?
- Для тёмной люди с особым характером нужны, – мне показалось, или Инга и вправду помрачнела? - Там… обстановка особая. Такой как ты не выдержит. Сейчас за ней Олег присматривает, и он явно не в восторге.
- Олег, который начальник службы безопасности? И он жалуется?
- Говорю же, особые люди нужны. Позже сам поймёшь.
Что-то, что тяжело терпеть мужику, который носит пистолет в кобуре, с невозмутимым лицом раздевает до гола незнакомых людей… Что же это может такое быть?

Административное здание оказалось пятиэтажным зданием в самом центре заповедника. И снова ни одного окна без решётки, дополнительный забор вокруг здания, куча охранников с автоматами на перевес. Неожиданно я осознал, что такие меры предосторожности излишни для любого заповедника. Ну да, медленно до меня доходит, что поделать?
- Слушай, а я вот всё узнать пытаюсь, что это за заповедник такой военизированный? Что у вас за звери такие?
- Звери? Прости, пока не могу сказать.
- Почему?
- Традиция у нас такая, пока смотритель не пройдёт боевое крещение рассказывать нельзя.
- Что ещё за боевое крещение?
- Узнаешь, когда будешь проходить…. Ну, вот и пришли.
Описывать процесс медицинского осмотра я не стану. Скажу только, что тщательно осмотрели не только всё то, что можно, но так же и то, что нельзя. Были обнаружены даже такие части тела, о наличии которых я и сам не подозревал…
- Ну, что, отмучился? Каковы результаты?
- Признаков заболеваний, интеллекта и отклонений в развитии обнаружено не было.– устало отчитался я.
- Ну, вот и славно, теперь инструктаж у директрисы и сможешь отдохнуть. Я доведу тебя до двери, а сама в оранжерею, меня там уже заждались.

Выкладывайте дальше, хорошо пошло.

А это важно? Усилие небольшое? Это окажет влияние на сюжет? Зачем вы подчеркиваете, что он открыл дверь именно с небольшим усилием?

Своей - лишнее. Первое предложение - других комнат пока нет.

Прямо - лишнее...

Сгущавшуюся... Не надо использовать два слова там, где можно одно. Тем более такие глагольные формы, о которые язык сломаешь.

А на самом деле? По правде говоря - лишнее, зачем эти слова?

О чем-то совсем - лишнее... Уберите - смысл не изменится.
Начало совершенно беспомощное. Много лишних слов, неуклюжие предложения. Читать сие трудно. Я цепляюсь за каждое предложение, стиля у вас нет.

Мое мнение: не пишите. В смысле не вообще, а книгу. Займитесь рассказами, научитесь подавать мысли и образы правильно и точно, без лишних слов. Главная ошибка начинающих - хвататься сразу за роман... Начните с рассказа. Что проще: собрать карбюратор - или полноценную машину? Не зная, как устроен карбюратор, вы хватаетесь за машину...

Прочла еще раз без "небольшого усилия" и картинки в голове уже не сложилось. С этим "усилием" сразу вырисовывается конкретное движение, а иначе просто информация о том, что дверь открыли. Так что в данном замечании я с Монком не согласна.

Сразу анекдот расскажу в тему: приходит к дачнику сосед в гости и говорит: а чего у тебя так калитка туго открывается? Тот отвечает: потому что, когда вы калитку открываете, мне из колодца пять литров воды накачивается... Намек поняли?

Спасибо за ответы.

Благодарю за критику. Однако есть моменты, в которых я с вами не соглашусь. Например:

Своей – означает, что это именно его комната. Несмотря на нежилой вид постройки: переразвитая система безопасности и планировка соответствующая скорее зданиям муниципального типа, действующее лицо тут проживает, а не дежурит сторожем или что-либо в том же духе. Во всём предложении это самое содержательное слово. В то же время, заметил, что перекликается со вторым упоминанием

Вот тут, наверное, стоит написать "возвращаясь к себе" либо "возвращается с обхода"
Однако, основную мысль понял. Не маяться словоблудием и постараться избежать неважных слов. На самом деле это уже кастрированный, пардон, подкорректированный вариант. Пришлось поуменьшить кровавость и грубость описания.
Опять же, не хотелось бы прийти к голой констатации фактов. Описания, так или иначе, придётся вставлять для красочности картины.
Я так понимаю, до первой части вы не дочитали. Там стиль повествования меняется. Не могли бы вы прокомментировать и его? Не стесняйтесь ругаться, я уважаю критику.

Понимаю, что вы хотели сказать, но бросать после уже написанных трёх АЛок и продуманности сюжета вплоть до последней страницы было бы обидно. Так что буду дорабатывать в любом случае, а вот качество в последствии компенсирую объёмом корректуры
Ещё, не сочтите за наглость, но не сложно было бы вам переписать первый абзац так, как, по вашему, он должен выглядеть? Хотелось бы сопоставить и обратить внимание на то, что вы предпочтёте выделить, а что подтереть. Но это, если есть желание, конечно не заставляю.
В любом случае благодарю за критику.


Благодарю за положительный отзыв, но не могли бы вы подробнее описать, в чём сильные стороны текста? А где, по вашему, явно слабовато? Где шероховато? Где-то недогнул или перегнул? Не стесняйтесь критиковать, именно критики и хотелось бы, чтобы понять на что опираться, а где поднапрячься.

Лишняя грубость, здесь вполне можно и без этого слова обойтись.

Относительно пролога. Да, он отличается от основного повествования. Но, это важная сюжетная составляющая. Подготовка читателя к тому, что ещё предстоит. Чтобы после четырёх АЛок лёгкого и забавного текста не вогнать его в ступор несколькими очень жестокими сценами, которые перевернут мироощущение главного героя с ног на голову. Не смотря на юмористическое начало, произведение, само по себе трагичное и таковым оно было с самых первых строк.
Был даже человек, который перепутал главного героя и парня в прологе. Надеюсь с этим проблем не возникло? А то, боюсь, придётся начинать первую часть романа с фразы это не тот человек, что умер в прологе

Вы выкладывайте, а мы (читатели) сами во всем разберемся. А если не разберемся, то тогда и будем разбираться почему, собственно

Станислав, отпишусь вечерком, сейчас на работе...

Выложу ещё часть.

Часть шестая.
Директриса

- Что значит, не знаем?! У нас тут что, детский сад?! Ну, а мне то теперь, что делать? Человек есть, а направления нету! – неслись крики по коридору. – Ну и что мне теперь, его у ворот посадить? Пусть бумаг дожидается? Нет, это ВЫ МЕНЯ послушайте…
Из-за двери, к которой мы только что подошли, выскочил растрёпанный Юрий Степанович.
- Ах, это вы, я бы на вашем месте пока не входил, она не в духе - протараторил он и умчался куда-то, бубня что-то себе под нос.
- Разумная мысль, да куда нам деваться то? – Инга распахнула дверь и бесцеремонно втолкнула меня в комнату. – Алла Сергеевна, а это к вам!
Не успел я и глазом моргнуть, как дверь позади захлопнулась, громко щёлкнул замок, отрезая мне пути к отступлению.
- Я абсолютно спокойно с вами разговариваю!... Да мне всё равно, что у вас там произошло! Я же сказала, что не могу ждать!.... Да чихать я хотела на его биографию! Меня интересует направление! НАПРАВЛЕНИЕ! Вы меня слышите?.... Ну так обратитесь к Аристарху Степановичу, пусть заново напишет!.... Ищите!!!
Вложив всю силу в удар, директриса бросила трубку на телефонный аппарат. Аппарат кстати старенький, дисковый. Давненько я таких не видел. Описать директрису можно всего одним словом – бабулька. Именно, бабулька. Могу на что угодно поспорить, что ей уже как минимум семьдесят лет. От долгих криков в телефон лицо директрисы раскраснелось. Руки тряслись от возбуждения. Как будто что-то ища, она начала метаться от письменного стола к шкафу и обратно
- Кхм, здравствуйте, - попытался привлечь я её внимание…
- Аа, - вскрикнула она и метнулась за стол. – Смерти моей хочешь?
- Я? Нет, не хочу… – не стал обманывать бабушку я. – Я вот на работу приехал…
- На какую работу? Кем?
- Ну, я это… не знаю, – замялся я.
- Не знаю, не знаю, - передразнила меня бабулька. – А кто знает? Ну и иди, раз не знаешь! Я что ли всё знать должна? – выудив салфетку из кучи бумаг на столе, бабулька вытерла обильно вспотевшее лицо и плюхнулась в кожаное кресло. – Этот не знает, энта потеряла… А Алла Сергеевна на кофейной гуще гадать должна?
Поняв, что я в чём-то виноват, попытался изобразить раскаяние на лице.
- Ты мне тут не кривляйся, - в миг раскусила меня бабка. - Вспоминай, чего тебе Аристарх Степанович говорил? Зелёная или тёмная оранжерея? К мёртвым или к травоядным?
- Нет, ни чего такого не говорил. Но если вы спросите меня, то я бы предпочёл травоядных…
- Я бы предпочёл – снова передразнила меня бабка. – Господи, и что же с тобой делать то? Ээх, х** с тобой, пошли!

- Слушай внимательно и запоминай. Десять раз повторять не буду, – неслась бабка по коридору. - Сделаешь чего не так, или пойдёшь, куда не просят, пристрелят как собаку. Это ясно?
- Ясно.
- Левая половина - административное крыло, правая – жилой комплекс. Ясно?
- Ясно.
- Второй этаж двадцать третья комната твоя.
- Ясно.
- Вот ключи, открывай!
Открыл дверь. За дверью ещё одна в виде решётки.
- Стой!
- Стою.
- Вот внешний выключатель, можно включить свет в комнате снаружи. Считай до двадцати.
- Раз, два, три… двадцать.
- Теперь отпирай вторую дверь…. Стой! Запри входную дверь, и решётку… Это туалет, ванная, кровать, стол, шкаф для одежды. Это кнопка экстренной сирены. Это внутренний телефон, во всех комнатах есть. Открывай входную дверь, считай до двадцати, открывай решётку… Пошли… Запирай решётку… входную дверь. Первое правило заповедника всегда запирай дверь, даже если покурить вышел, даже когда забежал переобуться… Ясно?
- Ясно.
- Спать всегда только в своей комнате.
- Ясно.
- По территории не гулять, в чужие оранжереи не ходить.
- Ясно.
- Головных уборов не носить, капюшоны не надевать, стричься коротко. Голова и шея всегда должны быть на виду.
- Ясно.
- Если увидишь что-то странное или кому-то станет плохо – близко не подходить, запереться в пустой комнате и нажать экстренную кнопку.
- Ясно.
- Услышишь сирену, запереться в комнате, и не выходить ни при каких обстоятельствах. Внутрь ни кого не пускать.
- Ясно.
- Вести себя тихо, не кричать, ни на кого не бросаться.
- Ясно.
- Придёшь к кому-то в комнату, будь осторожен. Если что-то покажется странным, блокируй двери снаружи, вот засовы.
- Ясно.
- Тут столовая, кормим бесплатно.
- Ясно.
- Вопросы есть?
- Есть
- Ну, вот и хорошо, можешь поесть и иди к себе спать. Из комнаты не выходить. Завтра за тобою придут.

Часть седьмая.
Боевое крещение

- Постарайся ползти как можно тише. Они реагируют на звук. Голову высоко не поднимай, если схватят за шею, задавят сразу, – инструктировал Вадим. – Кое-где щупальца достают до пола, их придётся обходить и ни в коем случае не дотрагиваться…
- Ага, был тут у нас один. Просмотрел щупальце на полу, в момент руку на изнанку вывернули. Хорошо хоть живым вытащили… - добавил парень, имени которого я не знал.
Около часа назад ко мне в комнату вломилась Инга. Поинтересовавшись « А какого, я до сих пор сплю?» притащила меня сюда, к входу в синюю оранжерею, мимо которой мне вчера уже доводилось проходить.
Как оказалось, нас тут уже ожидала целая толпа народа. Человек двадцать, не меньше, обоих полов и всяческих возрастов. Вот тут то и ожидал меня сюрприз: как оказалось, мне сегодня предстояло пройти проверку на профпригодность, проползти на пузе по дну клетки с уральскими сухопутными гидрами (о существовании которых до этого дня я и не подозревал) и это притом, что гидре человека удавить это как два пальца об асфальт…
- Послушайте, но это же бред… - попытался возражать я.
- Это не бред! – резко оборвал меня Вадим. Лица собравшихся вокруг выражали осуждение. Послышался недовольный шёпот. – У нас работа такая, каждый день жизнями рисковать. Как ты собираешься ухаживать за питомцами, если даже через комнату с уральскими гидрами проползти не сможешь? Это тест на профпригодность, как бы странно он не выглядел! Тебе ведь всё объяснили: потихонечку лёг и пополз. Дополз до противоположной стороны клетки, дотронулся до решётки и вернулся назад. Будешь выполнять все условия и обойдётся без травм.
- Ты главное не суетись… не кричи… и не стучи…- неслось из толпы. – Пока они спят ты в безопасности… ага… ночные животные… главное не разбудить… туда и обратно… ничего сложного… не смотри на них, а то страшнее… если что, подстрахуем… щупальца не трогай, убьёт… ага, главное щупальца не трогай… да, щупальца не поймают живой вернёшься… щупальце смерть…
Как же, однако, нервируют такие «успокаивающие» советы. Я вообще с животными не особо. А мне тут – сунь голову льву в пасть, авось не откусит… Ну и что делать? Отказаться? Наверное, заплюют и отправят обратно, домой. Но хватит ли у меня духу? Как же не хотелось опозориться! С громко стучащим сердцем, я смотрел, как Инга возится с входными замками оранжереи. Приложив палец к губам, Инга сделала знак не шуметь и вошла в оранжерею. Вслед за ней вошёл Вадим, потом втолкнули меня. Остальные отстали метра на три.
Неожиданно Инга остановилась и поманила меня.
- Видишь слева, занавешена пологом. Там. Снизу дверка, через которую мы их кормим, сможешь пролезть… - шептала она мне на ухо. – Просто быстро проползи до противоположной стенки и ползи назад. Удачи.
Щёлкая выключателями у стены, Вадим добился тусклого освещения коридора.
Судя по пологу, на практике оказавшемуся грубой тряпкой, клетка гидр была около десяти метров в ширину. А в дверку, о которой мне говорила Инга, могли пролезть одновременно пятеро, таких как я, не толкаясь. Закрывалась дверка на три засова, напоминавших шпингалеты, только очень толстые и квадратные.
. «Так, не шуметь и не дотрагиваться, просто проползти» - прокрутил в голове всё, что мне говорили ранее. В полной тишине удары собственного сердца молотом били по ушам. Ну что же, начнём. Собравшись с духом, я начал открывать засовы, первый, второй. Взявшись за третий, я обернулся. Сопровождавшие столпились приблизительно в пяти метрах позади. Надо отдать им должное, несмотря на столпотворение, не было слышно ни единого звука. Затаив дыхание, все внимательно наблюдали за мной. «Ну, с богом» - мысленно пожелал я сам себе и открыл последний засов, как можно тише открыл дверцу. В лицо ударил влажный воздух. Не сказал бы, что это была вонь. Запах рыбы на водоёме. Возможно, рыбаки поймут, о чём я говорю. Размер двери едва ли достигал полуметра в высоту. Мне пришлось лечь на живот, чтобы заглянуть внутрь. Как и следовало ожидать, в клетке стояла полная темнота. Тусклый свет из коридора освещал лишь небольшой клочок пола у входа. Будет не просто. Я стал дожидаться, пока мои глаза немного привыкнут к темноте.
Неожиданно раздался всплеск. Что-то чёрное и длинное выскочило из темноты клетки и начало опутывать мою ногу. Щупальце? Второе щупальце не заставило себя ждать и скрутило руку. Забыв обо всём на свете, я закричал. Так я не кричал ещё ни когда в жизни. Одно за другим из темноты клетки выскакивали щупальца и обхватывали моё тело. Рывок, и я буквально влетел в клетку. Мой крик был прерван потоком воды. Ни кто не предупреждал меня о воде, но она тут была. В ужасе я пытался барахтаться в этой воде. Выбраться обратно, к спасительному отверстию у входа. Но из воды всё выскакивали и выскакивали щупальца. Одно за другим они обвивались около моего тела. Кто-то сдёрнул полог и в клетку ворвался свет коридора. Я успел заметить что-то чёрное, зависшее прямо надо мною. Из тела вилась гирлянда щупалец, окутывая всю клетку. Я кричал, я бился, я вырывался. Вода попадала в нос и в рот. Щупальца скручивали тело, то опускали меня в воду, то выбрасывали на поверхность. Двигаться становилось всё сложнее, всё плотнее они обвивали моё тело. Но я всё ещё мог двигаться, мог бороться. Я слышал, что люди что-то кричали, столпившись у клетки, но я уже ни чего не мог осознать. Ужас заполнил меня, вытеснив всякий разум. Двигаться, бороться, жить… Вот всё о чём я сейчас думал. Собрав все силы, я попытался встать на ноги. И это мне удалось. Пусть они и обвивают всё моё тело, но если приложить все усилия можно двигаться! Я сделал шаг к выходу. Существо сверху раздало шипение. Меня парализовал страх. И вновь одним толчком щупальца откинули к дальней стенке клетки. Теперь они опутывали меня в два, в три ряда. Теперь я не мог двинуть и пальцем, но я всё ещё пытался бороться, всё ещё хотел жить.
- Сдаюсь! Кричи сдаюсь – услышал я над самым ухом.
Перед глазами маячила фигура, которая что-то мне кричала. Не знаю, как давно она рядом, я был слишком испуган, чтобы заметить её.
- Сдаюсь! Да кричи же ты, твою мать! – голос Инги ворвался в моё сознание. Наконец я осознал, чего от меня хотят.
- Сдаюсь – с трудом прошептал я.
Щупальца, шипение, борьба… неожиданно всё это закончилось. Одно за другим щупальца начали отпускать меня. Наконец, полностью свободный, я плюхнулся в воду. Что это? Наверное, надо было бежать, но я как завороженный застыл, глядя, как Инга гладит и похлопывает ладонью то чёрное существо, с которым я только что боролся.
- Умница моя… Победила… победила… Ай, ты моя молодец… - ласково нашёптывала Инга.
Не понимая происходящего я встал и шатаясь направился к выходу. Встречали меня свистом криками и аплодисментами.
- Вы видали? Он даже на ноги встал!...
- Больше трёх минут продержался…
- Красавчик…
- Но кричал он конечно…
- Кто заснял? Дайте посмотреть…
Со всех сторон неслись смех, поздравления, хлопали по плечу… Всё было как будто в тумане. Кто-то что-то говорил, что-то показывали и объясняли, но я ничего не понимал.
- Испугался? Идём - Инга потащила меня к выходу из оранжереи.
- Инга, ты нам его к празднованию не забудь привести, - раздалось сзади.
Девушка кивнула и вытащила меня на улицу.

Когда я пришёл в себя, я уже сидел на земле, у стены синей оранжереи. Держа меня за руку, она что-то успокаивающе говорила. Не знаю, как долго мы сидим тут. Всё что я помню, как вышел из клетки. По земле разлилась небольшая лужа воды, набежавшей с моей одежды. С Инги тоже капала вода, она ведь заходила за мной в клетку.
- Ничего… ничего… испугался… всё хорошо… всё уже хорошо…
Вот точно так же она и с тем монстром разговаривала, поглаживала и похлопывала… Наверное, я сейчас выгляжу очень жалко.
- Что это было?
- Это?... Боевое крещение… как тут это называют…
- И зачем?! Зачем?! Вы ведь знали! Вы ведь специально!
Я кричал, я требовал объяснений… Извинений… Раскаяния… Обвинения так и сыпались на Ингу. Я не сдерживался ни в интонациях, ни в выражениях. Крыл матами, перешёл на личности. Будь тут все те, что встречали меня перед оранжереей утром, кто знает, что бы я сделал. Но передо мною была всего одна хрупкая девушка. Склонив голову, она молча слушала всё. Ни когда ещё я не говорил такого о девушке, но сейчас эмоции переполняли меня… Наконец я выговорился.
- Я знаю, это жестоко. Я сама через это проходила… Все проходили… Очень страшно и обидно… Не знаю, кто это придумал… - казалось, Инга выдавливает из себя фразу за фразой. Неожиданно мне стало стыдно. Сорвался на девушке.
- А эта гидра, почему она на тебя не напала? И… почему отпустила меня?
- Маруся не гидра.
- Маруся?!
- Да, Маруся. Так мы её зовём. Она уже очень давно живёт в заповеднике. Может и выглядит страшно, но на самом деле она очень добрая. Пусть она и хватает людей, но она ни когда не сделает человеку больно. Все это знают. Это игра такая. Она думает, что ты пришёл с ней побороться. А когда говоришь сдаюсь, она сразу отпускает.
- А зачем было делать такое? То, что вы сделали.
- Если честно я и сама толком не знаю. Юрий Степанович как-то объяснял, что это приучает бояться питомцев.
- Бояться? А зачем? – откинувшись на стену, я закрыл глаза и слушал голос Инги. Ровный негромкий голос девушки успокаивал. Я почувствовал как страх и напряжение покидают тело.
- Многие существа тут выглядят мило и безобидно, но на деле являются очень опасными. Ни когда не знаешь, чего от них ожидать. Страх заставляет быть на стороже.
- А эти существа, кто они? Откуда?
- По разному. У каждого своя история. Вот Маруся, кто она по-твоему?
- Гидра, сами же говорили, не помню какая, хотя как по мне так больше на осьминога похожа, у которого до едрени страсти ног…
- Про гидр это Вадим выдумал, а на деле это болотный спрут. В народе таких называли кикиморами…
- Кикиморы? А разве это не бабка которая живёт на болоте?
- Как видишь, нет. Раньше людей сильно пугало существо, что живёт на болоте. Понасочиняли сказок про покойников, детей и бабок. А на проверку всё оказалось совсем иначе. Так часто случается, в сказках одно, а как выловят, так совсем другое. Они очень редкие. Властям всего троих удалось обнаружить. Поймать живой смогли только Марусю. Я про них много чего могу рассказать, обо всех обитателях моей оранжереи. И про Маруську. Если честно мы даже не знаем, самец это или самка. Но кто-то давно назвал её Марусей. Так до сих пор и зовём. Она привыкла…
- И много их? Других существ, как кикимора?
- Много. Даже я не знаю всех, хотя уже четыре года тут работаю. Кикимора, русалки, тролли, феи, леший… Кого тут только нет. Даже дракон есть. Одни известные по сказкам и легендам, о существовании других люди даже не подозревают. В каждой оранжерее свои питомцы. Про своих то я всё знаю, а вот про чужих... В некоторых оранжереях я ещё ни разу не была. Хотя, знаю всё, это громко сказано. Заповеднику уже более ста лет, а исследователи всё продолжают и продолжают делать открытия, изучая наших питомцев… Ну, ты как, успокоился?
- Вроде как.
- Ну, тогда пойдём, нас ещё на банкет ждут, по случаю твоего вступления в наши ряды. Надо будет зайти переодеться.
Встав с земли, я пошёл вслед за Ингой. Глядя ей в спину, мне вспомнилась моя первая учительница в младших классах школы. Наверное, было сложно тогда за мною присматривать…
- Ты извини, что наговорил всякого, - сказал я, как только поравнялся с понуро плетущейся девушкой. – Спасибо, что поддержала и успокоила меня. Не будем грустить, банкет, так банкет. – Не знаю, поверила ли она в моё раскаяние, но улыбался я ей от всей души.

Часть восьмая.
Банкет

Банкет состоялся в общей столовой. Все обеденные столы выстроили в ряд и уставили множеством тарелок с различными закусками. Из напитков были исключительно компоты. Как мне пояснили алкоголь в заповеднике под строжайшим запретом. К моему удивлению, народа набилось просто тьма. Практически сразу меня оторвали от Инги и засыпали кучей вопросов. Поскольку людей было много, то различные группы то и дело отбирали меня друг у друга. В начале я ещё пытался запоминать имена и должности, но как скоро понял, что абсолютно все присутствующие желают со мною познакомиться, махнул на всё рукой.
- Собрались все, кто в этот момент не занят неотложными делами, не считая охраны, - пояснила Инга, наконец появившись из толпы. – Появление нового человека в заповеднике это очень редкое явление. Питомцев и тех чаще привозят. Естественно всем хочется на тебя посмотреть.
- Ясно. Слушай, у меня уже глаза разбегаются. Можешь сказать, на кого мне стоит особо обратить внимание?
- Не переживай, через пару месяцев ты будешь знать всех работников заповедника, как облупленных. Ну а сейчас обрати внимание вон на ту женщину около окна. Та, что с бокалом. Это Марина, твоя напарница по оранжерее.
- Ого, так у меня есть напарница?
- Конечно. Многие существа очень придирчивы к полу смотрителя оранжереи. Одним нравятся только девочки, другим только мальчики. Так что почти за всеми оранжереями приглядывают смотрители обоих полов. Исключения тёмная и коричневая оранжереи, туда женщин не допускают.
- О как, а почему?
- Это самые опасные оранжереи. Туда только парней пускают, да и то, далеко не всех.
- Ясно, а твой напарник кто?
- Вадим, ты видел его сегодня утром…
- Пухлый который? Понял…
- Поехали дальше…. Так… Юрия Степановича ты уже знаешь, он главный в исследовательском отделе. Один из немногих, кто часто выезжает за пределы заповедника. Говорят, необычайно одарён. Мог бы стать знаменитым учёным, однако добровольно переехал к нам в глушь и теперь прозябает тут, неизвестный никому. Зато исследовательского материала у него тут навалом…
- Директрису мы в шутку бабой Ягой зовём. Она у нас самая старая в заповеднике. Ни кто даже не знает, когда она сюда пришла и сколько ей лет. Выглядит, она может и мило, но на самом деле самый страшный человек в заповеднике. По сравнению с нею Олег Вячеславович невинное дитя.
- Вон тот парень, который в джинсах, это Макс, смотритель коричневой оранжереи. Будут какие-то проблемы – можешь к нему смело обращаться, всегда поможет. Девушка в чёрной юбке, вон там, у двери, это Наташа. Местный эксперт по налаживанию взаимоотношений с питомцами. Я когда с кем-то подружиться не могу, к ней иду, помогает советами. Вообще-то она смотритель белой оранжереи, но одно другому не мешает…
После этого прошло ещё несколько часов бесконечной болтовни. Наконец все начали разбредаться по своим делам. Воспользовавшись этим, я решил по-тихому удалиться в свою комнату.

Часть девятая.
Зелёная оранжерея

6:58. Смотри-ка, умение просыпаться за несколько минут до будильника и тут меня не оставило. Потянулся и выключил сигнал. В принципе, можно было проснуться и на часик попозже. Завтрак тут всё равно в девять, а до завтрака ничего не намечается…. Но после вчерашнего «боевого крещения» я твёрдо решил, что нужно быть готовым ко всему. А потому начать нужно будет с зарядки. Ни какого спортинвентаря в комнате, конечно, не оказалось. Надо будет позже выбить пару гантелек у бабульки. А может у них тут спортзал есть? Выглянул в окно. Да, свободного места навалом. Если бы не автоматчики, можно было бы и на пробежку сходить… А то словить пулю за спортивные увлечения… Ладно, отжимания, приседания, да растяжки, обойдусь пока тем, что есть. Интересно, как там парни? Не подняли ли шума, телефон то у меня отобрали, не дозвониться. Надо будет добиться, чтобы телефон вернули, позвонить. А то наделают шума…
Ну вот, вроде бы небольшая разминка, зато на пол дня энергии хватит. Умылся, оделся, размялся… ещё пол часа до завтрака. Тоскливо. Интересно, а если попросить, компьютер выделят? Вроде бы контора у них не бедная… Чем-то ведь они тут занимаются в свободное время… Как же тянется время. Страшновато вчера было, всю ночь кошмары снились… Но… Лешие, кикиморы… До дрожи в руках… Как же я хочу их всех увидеть!
Ну вот время завтрака. Наконец-то. Привычно похлопал себя по карманам… А чего хлопать то, всё равно всё отобрали? А и фиг с ним. В коридоре раздались шаги и унылые приветствия. Народ потянулся в столовую. Ну, не будем откалываться от коллектива.
Скажите, доводилось ли вам лежать в больнице? Мне доводилось. Так сказать издержки бурной молодости. И вот сейчас мне предстала до боли знакомая картина. Коридор наполнился полусонными людьми, вяло здоровающимися друг с другом. Я тоже бодро начал раздавать приветствия направо и налево. И не важно, что больше половины не знаю, со временем познакомимся…
- Витя!
- Здравствуйте, Марина. – добродушно улыбнулся я.
- Здравствуй. Ты и имя моё запомнил? Во вчерашней то толкучке…
Признаться, если бы Инга не указала мне на неё вчера, я бы вряд ли запомнил… Сейчас меня нагоняла моя напарница по оранжерее. Это была невысокая женщина лет сорока. Русые волосы до плеч. Я так подозреваю, это допустимый предел в заповеднике. Бабулька что-то говорила мне про короткие стрижки. Ни какой косметики и длинный домашний халат. В принципе, если посмотреть на остальных, то и те, не больно то и нарядились. Должно быть, продолжительное проживание в тесном окружении одних и тех же людей заставило персонал заповедника плюнуть на свой внешний вид
- Я после завтрака собиралась в оранжерею – продолжила Марина. – Ты как? Отошёл после вчерашнего? Готов к знакомству с неизведанным? Или дать ещё денёк, для того чтобы пообвыкнуть?
- Нет, всё в порядке. Уже и самому не терпится. Если конечно не так как вчера… Ну… за шкирку в клетку и делай что хочешь…
- А, нет, такого уже не будет, - улыбнулась будущая напарница. Бредя в общей толпе, мы дошли до столовой и пристроились в очередь. – Проведу тебя, познакомлю с питомцами. Ничего страшно не произойдёт. К тому же зелёная оранжерея – самая безобидная в заповеднике. Если специально никого не злить, то можно ходить без опаски… Ты как, не против компании за завтраком?
- Я только за.
Женщина взяла на завтрак стопку блинов, (ну надо же, пекут) чашку с чем-то, напоминающем йогурт и компот. Я с точностью повторил её выбор, но удвоил порцию блинов. Наверное, у них тут свои порядки, так что лучше доверюсь ей в выборе места…
Марина пристроилась за угловым четырёхместным столиком, спиной к стене. Довольно удобное место, всех видно и не так шумно. Не долго раздумывая, я примостился по правую руку от Марины, чтобы тоже оказаться лицом к залу. Марина удивлённо взглянула на меня.
- Не обращайте внимания, просто хотелось видеть всех в зале. Я ещё мало с кем знаком, хочу запомнить лица, – пояснил я.
- Ах вот оно что… Ну в принципе я не возражаю… - женщина скрутила блин трубочкой и макнула в йогурт. – Ну, вернёмся к нашей экскурсии. У тебя были какие-то планы после завтрака? Мне ещё переодеться и собраться… Примерно минут двадцать – тридцать… Ты как, успеешь?
- Да, успею, – я в свою очередь налёг на блины. Оказалось довольно таки вкусно.
- Ну и хорошо. Моя комната сорок вторая. Этажом выше. Соберешься, подходи. Только сильно не затягивай….
- Здравствуйте, не занято? – лысоватый мужичёк застыл у нашего столика с подносом.
- Свободно, присаживайтесь, - ответила Марина.
- Не потесню Вас, молодой человек? – уточнил дядька, усаживаясь напротив Марины, сбоку от меня.
- Нет, всё в порядке.
- Как дела в зелёной оранжерее? Ни кто не хворает? – поинтересовался дядька.
- Да в целом всё как обычно. Правда привезли позавчера птичку, а она похоже дальним родственником дятла оказалась. На силу у дриад отбила. Отдала в голубую. Надеюсь, оклемается, – будничным тоном ответила Марина.
- А-я-яй – покачал головой дядька, - А что такого в этой птичке?
- Вроде как может повторить любой звук, что услышит. Но я если честно ни разу не слышала…
- Ну, оно и понятно, только привезли. Новое место, стресс… А тут ещё и дриады…
- А… Мне что-то нужно с собою брать в оранжерею? – вклинился я в разговор.
- Нет, ничего. Главное сам приди. Я возьму всё что нужно…
- Ваш новый напарник? Слышал, слышал…. Очень приятно, Аркадий Геннадьевич, из исследовательского отдела…
- Виктор, - кивнул я.
- Виктор, значит… Вместо Серёжи… А-я-яй, какое несчастье…
- Несчастье? Вы про что? Про предыдущего смотрителя оранжереи? А что произошло?
- С Серёжей то…
- Несчастный случай – оборвала дядьку на полуслове Марина. Дядька замолчал и уткнулся в тарелку. В отличие от нас он наворачивал гречневую кашу.
- Буду ждать тебя у себя, не задерживайся сильно, – собрав посуду, Марина вышла из столовой.
Интересно… Но было что-то в её резкой реакции… Расспрашивать дядьку, я почему-то не решился. Думаю, как придёт время, расскажут, ну или у Инги спрошу…
Быстро умяв оставшиеся блины, я рванул за Мариной.

За входной дверью, как и в синей оранжерее, я увидел небольшой коридор с рядом дверей по бокам. На этот раз Марина разъяснила мне назначение большинства из них. Помимо ожидаемых раздевалки и туалета тут так же оказались душевая, курилка, комната для инвентаря, комната охраны, комната «где можно подремать, если лень тащиться в общагу» и пара пустых комнат «про запас».
- Это твоя рабочая комнатушка, - тоном хозяина принимающего гостя продолжала рассказ Марина. - Твою одежду уже наверняка принесли. Посмотри в шкафу и можешь переодеваться….
- А что, разве так нельзя?
- Нет, у нас с этим строго. Мало ли чего может прицепиться на одежду пока ты в оранжерее. Ну, у нас правда не так опасно, как в некоторых других, но всё равно правила едины для всех….
- Да, кстати, а если у нас есть отдельные комнаты, для чего тогда тут раздевалка?
- Это для гостей.
- Для гостей?
- Да, бывает, заезжают к нам шишки с правительства… ещё насмотришься... Ладно, давай переодевайся и выходи. Покажу тебе моё царство.

- Запоминай сразу порядок входа. Двери тут тройные, два тамбура. Открыл первую дверь, вошёл в тамбур. Закрыл первую, открыл вторую, перешёл во второй тамбур. Ну а из второго тамбура уже и в оранжерею войти можно.
- Эге. А если я все сразу открою?
- Не выйдет. Пока открыта какая-нибудь дверь, другие две не откроются. А вот по этому монитору можно посмотреть, если кто в следующем тамбуре, перед тем как открыть дверь…
- Местная система охраны не перестаёт меня удивлять…
- А как же иначе? Большинство наших питомцев являются живой государственной тайной и стоят миллиарды. Ты даже не представляешь себе всю ценность этого объекта. Да тут в лесу каждый третий заяц в контрразведке служит. Так что особо то рот не разевай, а то мало ли чего может случиться… Ой, что-то я не о том разболталась… Ну что, готов? Входим!
С этими словами Марина распахнула третью дверь.

Серость стен тамбура тут же исчезла под потоком запахов, звуков, бликов… Вместо ожидаемых длинных рядов громоздких клеток с непонятными и загадочными существами передо мною предстала совершенно обычная берёзовая чаща. От входа в разные стороны разбегались вытоптанные в траве тропинки, теряясь в зарослях незнакомого мне кустарника. Под одной из берёз стояла совершенно обычная лошадь, правда с рогом во лбу.
- Ну, чего застыл то? Проходи, знакомься. Привет всем! Принимайте новичка! – жизнерадостно закричала Марина.
- М? - я оглянулся на Марину, с кем знакомиться то?
- Он, что глухонемой? – поинтересовалась ворона, сидящая на берёзе перед входом.
- Ну почему сразу глухонемой? Если человек мычит вместо того, чтобы разговаривать, ему не обязательно быть глухим, одной немоты вполне достаточно. Ну, или просто умственно отсталый… - возразила вторая ворона, точная копия первой. – Ты присмотрись, Матрён, самец же, они все туго соображают.
- Думаешь самец? Не знаю, не знаю. Я в этих людях не разбираюсь, пока одетые.
Одна из ворон слетела с ветки, и уселась на землю, недалеко от меня.
- Мариночка, а он не бросается? – поинтересовалась она у моей напарницы.
- Ну, вроде бы не должен, - развела руками Марина.
- Все они не должны, а как нажрутся яблок, так начинают чудить – с подозрением покосилась на меня вторая ворона, не решаясь приблизится. Я с удивлением уставился на ворону. Ну совершенно обычная, я таких вроде бы тысячи видел, даже подстрелил пару из ружья, когда с ребятами на природу выбирались… Если бы не заговорила прошёл бы и не заметил.
- Здравствуйте, меня Витя зовут, я не бросаюсь - переборов оцепенение я присел перед вороной и протянул руку.
- Кра! – громко вскрикнув ворона отскочила и хлопая крыльями взлетела на верх берёзы.
Вторая, следуя её примеру, тоже взобралась повыше.
- Хулиган!
- Грубиян!
- Наглец!
Затараторили вороны.
- Чуть не схватил!
- Какая наглость!
- Понаехали!
- Что за воспитание!
- Дикарь!
- Не сметь!
- Пошёл вон!
- Кто пустил?
- Как жить?
Испуганная их криками лошадь сбежала куда-то вглубь оранжереи.
- Ну вот, - расстроено протянула Марина, - ты зачем девочек напугал?
- Да я наоборот, подружиться хотел… - растерянно протянул я – Простите, пожалуйста! Я не хотел вас напугать!
- Хотел!
- Не хотел!
- Напугал!
…
Переговариваясь в таком тоне, вороны взлетели и скрылись за берёзами.
- Тактичнее надо быть, это же тебе не девчонки на скамейке у подъезда, питомцы то пугливые. Будешь и дальше так себя вести, от тебя вся оранжерея шарахаться будет…
- А как надо?
- Постепенно надо, пообщаться… дать к себе привыкнуть… я даже сейчас не всякого погладить могу, а я уже двенадцатый год тут работаю, а ты сразу руки тянешь…
- Предупредить надо было…
- Так вроде бы все без инструктажа общий язык с питомцами находят, по такому принципу нас и отбирают… Эх, ладно, чего теперь… У нас ещё куча дел. От меня ни на шаг, и делай только то, что я скажу…

Думаю, этого достаточно, чтобы оценить потенциал книги. Прошу прощения, что не выкладываю полностью, но не хочу, чтобы из-за этого издательства в последствии отказались от публикации. Всё-таки основная цель темы выявить наиболее явные ошибки и недочёты произведения, попытаться их исправить и избежать в дальнейшем.

Итак, разбор полетов.
Я прочел далее. По сюжету нареканий особенных нет, все понятно, постепенно развивается действие... Но с началом надо что-то делать.

А вы хваткий молодой человек... Далеко пойдете. В принципе, попробую, хоть времени катастрофически мало. Но тогда жду алаверды... Почитайте что-нибудь мое и откомментируйте. Хотя бы немного. Что нравится, что нет. Только честно. Это, кстати, поможет мне лучше вас понять.

А вот мой вариант:
Сергей открыл тяжелую железную дверь и вышел в коридор. Предстоял вечерний обход оранжереи. Левую руку Сергея оттягивал бумажный пакет с вкусностями для питомцев, а перед глазами протянулся длинный серый коридор со множеством дверей, освещенных рядом тусклых перемигивающихся ламп.
Здесь было тихо. Все разбрелись по рабочим местам, жилой этаж был почти безлюден. Почти... Проход перегородила широкоплечая фигура, и Сергей узнал Вадима, смотрителя темной оранжереи.
- Привет, - буркнул Сергей. Настроение было паршивым, и разговаривать не хотелось. Вадим не ответил, открыл свою комнату и захлопнул дверь. Ну и ладно.
Сергей прошел коридор до конца, до самой последней, бронированной двери без номера. Вход в оранжереи. Достал странной формы ключи, одного взгляда на которые было достаточно, чтобы понять: защита наивысшей категории. У каждой оранжереи был свой, уникальный ключ. Кроме ключей, бронированных дверей, датчиков движения и сигнализаций, было правило: вышел – запри дверь, вошёл – запри дверь. Одно из главных правил безопасности заповедника – не оставлять дверь незапертой. Как и многие правила, оно было написано кровью...

Переделка от Монка намного лучше оригинала.

Ужасно напоминает "Понедельник" АБС - по герою: молодой раздолбай попадает неведомо куда и пытается приспособится. Ну, и ошибки, конечно...
И совершенно непонятно - почему "оранжерея", когда содержатся звери (животные)? Тогда уж питомник.

Я полностью согласна со всеми замечаниями Монка! Это именно те моменты, которые резанули глаза и мне, я о них хотела вам тоже написать, если бы не увидела, что Монк меня опередил. Вот мой вариант:

Сергей с усилием открыл железную дверь и вышел в коридор. В руке держал бумажный пакет со вкусностями для питомцев: предстоял вечерний обход оранжереи. Длинный ряд дверей тянулся по обе стороны, тусклые лампы дневного света, потрескивая и перемигиваясь, разгоняли темноту.
Время обходов уже давно наступило, и жилой этаж был безлюден. Только смотритель тёмной оранжереи, Вадим, шёл навстречу, наверное, уже возвращаясь к себе.
- Привет, - буркнул Сергей. Настроение было паршивым, и разговаривать не хотелось. Вадим повернулся к двери и достал ключи. Вышел – запри, вошёл – запри. Одно из основных правил по безопасности заповедника – никогда не оставляй дверь незапертой.

Чёрт! Не заметила, что Монк уже отправил... Ну и ладно.

Везет новичку: столько внимания...

Monk NatashaKasher
Спасибо за переделки. По мне Наташин более близок к общей идее пролога, переделка от Monkа излишне брутальна и по духу ближе к шутеру, нежели к выбранному жанру. Решил, что перепишу пролог с чистого листа, так как именно он вызывает основные нарекания. Выложу, когда будет готов.

Обязательно, немного позднее.

Если честно, раньше не читал Понедельник. По вашей подсказке нашёл и прочёл. Подумать только, какой наглый плагиат на моё произведение! Никак не ожидал подобного от столь известных фантастов. А если серьёзно, да, действительно, присутствует большое сходство по начальной линии сюжета, тут я даже завидую авторам, сумевшим выдержать сатирический стиль до последней страницы. у меня далее уход от сатиры и куда более жестокие повороты сюжета. Ну да бог с ним, допишем, потом будем сравнивать.

Всем спасибо за отзывы и пояснения.

Выкладываю второй вариант пролога. Может быть этот лучше?

Ну, вот и всё. Был Серёжа, и нет Серёжи. Не от боли навернулись слёзы на глаза, от тоски. Боли Сергей уже не чувствовал. Чувствовал грусть от того, что всё вот так вот закончилось. Внезапно и бесповоротно. Без шанса вернутся.
А ведь знал. Знал, что любой день может стать последним. Но никогда не думал, что этот день настанет. Что это произойдёт именно с ним.
Угасающий взгляд остановился на потолке. Обычный потолок, ничего особенного. Тело уже перестало отзываться на команды. Чувства, как и боль, исчезли. Остался только Сергей и всепоглощающая тоска.
Внезапно вспомнился тот дворик. Развешенное бельё на балконе третьего этажа. Покосившаяся лавочка. Солнце, облезлые клумбы, бродячая собака, разрисованный подъезд…. И множество других мелких, казалось бы, неприметных деталей, слилось в одну яркую, объёмную, наполненную всевозможными звуками и запахами картину.
На лавочке сидел он, молодой, гордый и спортивный, и аккуратный старик в дорогом костюме.
- Скажи, ты веришь в сказки? – спрашивал старик.
Как же сильно эта картина врезалась в память. Ещё бы, ведь именно в этот день началась его собственная сказка, сказка для Сергея Уралова….
В сказки, да? А ведь всё верно говорил старик. Да вот только конец у сказки совсем не счастливый. Ни каких тебе принцесс, ни царства. Может быть сказка не та… а может быть главный герой кто-то другой…. Может зря сюда Сергей полез, работал бы сейчас токарем на каком-нибудь заводе. А дома ждала бы жена с парой охламонов. Не так уж и плохо звучит, но… не сложилось. Сергей сделал свой выбор.
Обидно вот так вот понимать, что не ты в этом мире главный. Что даже после тебя мир не перестанет вращаться. Исчезнет Сергей, и на его место придёт новый Иван-дурак. Каким он будет? Хотелось бы знать….

Вы считаете, что пролог нужен?

Станислав, вы просили прокомментировать пролог. Вряд ли что смогу подсказать вам: тема не моя, стиль тоже не мой.
Из 3-х вариантов: ваш, Монка и Наташи мне понравился Монка. Он более лаконичный и можно туда-сюда вставить интересную мысль.
Удачи вам.

Я тоже так подумала... А ну его, пролог этот, для чего он, собственно?

Он обязателен. Иначе последующая кровь не увяжется с юмористическим началом

Ваше право. Но (лично для меня) вы убили интригу.

Если помираешь, скорее страх будешь испытывать, а не тоску... имхо, конечно.

Если помирать будешь, самое последнее, о чем подумаешь, так это о том, кто придет на твое рабочее место...
Резюме: первый вариант лучше. А такой пролог плох и совсем не нужен. Сплошные сожаления и нытьё, да простит меня автор. Это не есть гуд.

Очень правильный вопрос. И советую автору над ним подумать.

Уговорили, попробую без пролога. Фекалину, ему ведь как? Слушай, чего говорят, и переделывай, лишь бы издавалось....

Ну да, а то окажешься в таком гембеле, рядом с которым помойка покажется Куршавелем...