Мир стал для него болью, а боль стала центром его вселенной. Разум отказывал. Каждая клетка тела превратилась в оголенный нерв. Ничто не волновало кроме ответа на простой вопрос: «Когда же прекратится этот ужас?».
Небытие виделось заманчивой целью. Да все что угодно, лишь бы тело перестало разрываться на части, а внутренности пылать невыносимым пламенем. Пусть все закончится. Здесь и сейчас. Навеки.
Еще один судорожный спазм: все, чем был, билось и содрогалось в агонии. Боль, ничего кроме боли, и это длится целую вечность. Ничего не соображал и абсолютно не представлял, ни где он находится, ни что с ним происходит. Обреченность все жестче сжимала его в объятиях.
Сдайся и все закончится. Ничего не будет. Ты исчезнешь, и боль уйдет.
Может, поддаться этому заманчивому зову?
Тьма поглотит и его и мир. Тьма и покой.
Он перестал сопротивляться. Я готов сдаться, ты победила, возьми же меня, тьма, укачай и унеси от этой боли.
Его снова вывернуло наизнанку. Неужели еще не все? Тело содрогалось и агонизировало. Снова и снова содрогался в конвульсиях. Силы покидали его.
Убей, наконец, или отпусти.
Крупная дрожь охватила с головы до ног.
Широко распахнутыми глазами вглядывался в мерцающие точки над головой. Холодно и мокро.
Точки?! Да это же звезды! Он в реальности. Смертельное «ничто» его не убило.
Жить! Как же хорошо снова жить! Он чуть было не завыл от полноты ощущений.
Ликование пенилось и хлюпало, переполняло все естество. Жизнь – борьба, и он снова победил в схватке.
С особым упоением вдохнул холодный воздух, всем телом вжался в холодную землю.
Будь благословенен этот негостеприимный мир, принявший его!
Пока еще слаб, слишком слаб. Но скоро наберется сил и будет жить. Снова. Здесь и сейчас. Всей плотью принимая каждый миг бытия, упиваясь страданиями жертв.
Прислушался. Много разумов и много пищи. Пора выходить на охоту. Или самому стать пищей.
Он не ощущал других охотников, но путь сюда смертельно опасен. Лишь сильнейшие способны преодолеть великую пустоту.
Искать схваток с соперниками опасно. Пока. Но он наберется сил и тогда… От предвкушения почувствовал острое возбуждение. Еле слышное рычание вырвалось из глотки.
Встал. От слабости немного покачивало, но движения оставались бесшумными и точными. Легкой тенью скользил по дороге, жадно впитывая в себя запахи чуждого и полного жизни мира.
Темные коробки зданий подмигивали ему освещенными окнами, магнитом притягивая к себе. Он мягко подкрадывался к этим оазисам пищи.
Эмоции, переживания – для голодного до полусмерти - настоящий пир. Он замер под окном.
Злость, ненависть – внутри кипели нешуточные страсти. Двое исступленно кричали за этими стенами. Он не понимал слов, но все его тело жадно напитывалось темной энергией. Еще немного и тьма станет его сутью, наполнит и сделает непобедимым.
Глаза начали светиться красными угольками. Клыки приобретали нужную форму и остроту. Шипы пронзали кожу на загривке. Выпустил когти, зашипел от возбуждения.
Еще немного. Еще. Нетерпеливая дрожь охватывала все естество.
Нет, только не это!
Внутри помещения что-то хлопнуло. Глухие рыдания. Опустошенность. Безнадежность. Тишина.
Не удалось насытиться. Взглянул на руки - все еще полупрозрачные.
Ему так и не удалось стать частью этого мира. В отчаянии заскулил, вкладывая в этот стон всю горечь обманутых надежд.
Пора искать новый источник энергии. То ли стон, то ли вой продолжал вырываться сквозь стиснутые зубы.
- Не плачь, пожалуйста! – он повернулся на голос, реагируя на звук, хоть и ни слова не понял из сказанного. Перед ним стояла маленькая чумазая копия рыдающего существа. Детеныш. Самка. Она заговорила:
- Когда плачешь, глаза всегда красные.
Без страха подошла, схватила за руку и начала гладить грязной ладошкой.
Волна сочувствия и нежности накрыла с головой.
Слова оставались бессмысленным набором звуком, малышка смотрела на странного взрослого с алыми глазами и продолжала:
- Мне дома страшно. Они так ругались. Ты слышал?!
Он молчал, пытаясь осознать, что происходит. Эмоции не походило на те, к которым он привык. Хриплое рычание задрожало в воздухе.
- Ты уже большой, не плачь. Мне холодно. Согрей меня.
Прислушался к незнакомым ощущениям. Убить? Не стоит спешить. Это существо слишком слабо и беспомощно.
Послушно, как огромный свирепый пес, последовал до ближайшей лавки. Детский голосок звучат все тише, пока совсем не умолк. Малышка прижалась к его боку, уснула.
Даже во сне волны любви и надежды продолжали питать его. Сидел, считывая мысли и мечты ребенка, знакомясь со странным миром.
Трансформация практически завершилась. Алые зрачки пылали во тьме.
Не то, что ему нужно. Совершенно не то.
Шумная компания молодых подвыпивших людей появилась во дворе:
- Гляди, бомж с бомжонком! Пшел вон, скотина. – Один из компании замахнулся, готовясь ударить чем-то острым.
Агрессия накрыла с головой. Прикосновение к разумам наполнило дикой яростью. Вот оно. Наконец-то. Столько пищи.
Обнажил клыки. Бесшумный прыжок в сторону нападавшего, взмах рукой, когти вонзились в теплую плоть. Что-то звякнуло: это из рук подвыпившего выпало его оружие .
Юнец даже вскрикнуть не успел и мешком свалился на землю.
Когти оставили глубокую рваную рану на шее.
Члены его стаи не сразу поняли, что из охотников стали жертвами. Глупцы.
Схватка была короткой и кровавой. Они, сообразили, что к чему, но для большинства из них было уже поздно что-либо предпринимать. Еще трое хрипели, захлебываясь собственной кровью. Последние из выживших пытались бежать… Напрасно. Страх – еще одна эмоция, вызывающая у него бешеный прилив энергии.
Вскоре вампир стоял над трупами и прислушивался к ощущениям. Он снова сильный и непобедимый, готов сражаться и убивать снова и снова.
Глянул на спящего ребенка. Отличная приманка. Как он раньше не подумал, что симбиоз с подобным созданием способен сильно облегчить жизнь.
- Спи, кроха! Твой темный ангел не даст тебя в обиду. К взаимной выгоде.

Концовка понравилась, когда о ребёнке речь пошла. Даже заволновался, думал, помрёт. Нет, пронесло.

Спасибо. ))

Не понравилось. Финал оживил историю. Конфликт появился, напряжение. Но до этого мне было очень сложно читать. Не было крючка, который меня бы зацепил - невероятной детали, вопроса, который был бы поставлен сразу, или же накала страстей, конфликта.
Прошу простить меня. Этов сего лишь частное мнение одного читателя.

Ничего страшного. Не расстраивайтесь так.

Я дитя своего времени - любитель фильмов про Фредди Крюгера и Зловещих мертвецов. Дурной вкус у меня.

Вампир - как в сумерках - не настоящий. На мой взгляд, в его помыслах должно быть больше крови и больше жестокости.
И компашка гопарей как-то слишком скоро решилась порезать "бомжа". Обычно, этому предшествуют оскорбительные реплики, пинки, тычки и т.д. А уж потом, когда жертва превращается в зверя, её решают умертвить.
К концовке рассказ приобрёл более-менее нужный оттенок.
И всё равно мне чего-то не хватило.
Словом, сумерки навсегда разделили в моих глазах вампиров на "правильных" и "тошнотворно-слащавых".

Это не вампир из сумерек, собственно - это существо из паралельной реальности. Какая кровь? Хде Вы это прочитали? Он эмоциями питается.

О гопниках. Его не зарезать хотят, а напугать ножом. Будь он обычным бомжом, все развивалось бы по Вашему сценарию. Увы и ах - но это не так.

Собственно, это скорее энергетический вампир, а не кровосос из сумерек, но от этого он не становится безобидным пупсом. Он кровью не питается. Ребенок в его глазах отличная приманка для разных сволочей с негативными эмоциями.

(грустно) Как-то невнимательно Вы прочитали рассказ.

Кровь - эмоции, не всё ли равно? Существо питается людьми. По крайней мере одной из их составляющих. В его голове должна быть выстроена линейка хищник - жертва. И отношение должно быть соответствующее.



Я вот по этому моменту сужу. Мне показалось, что его хотят именно ударить чем-то острым )


Приманка. Инструмент. Обращаться нужно бережно, чтобы не сломалась, но без особого трепета, ибо зачем он?


Каюсь, отвлекали на работе ) Но мнение своё (по большей части) сохранил и после второго прочтения.
Ваш ГГ - чудовище. Чудовищными должны быть и помыслы.

Да я и не пытаюсь Вас переубедить. Не понравилось и не понравилось. Делов-то.

Ога, "скоко я зарезал, скоко я убил, скоко душ невинных здеся загубил" (с). Ария, исполняется вампиром 24 часа в сутки.

Он в чужом мире, озабочен тем, чтобы выжить и осмотреться, чудом остался жив.
Использование ребенка в качестве наживки по Вашему недостаточно чудовищно? Она ведь жива до тех пор, пока это его устраивает. Сентиментами там и не пахнет.

На мой взгляд, это сентименты ) Последняя фраза звучит так, будто ГГ сам себя оправдывает и пытается показаться хуже, чем он есть. У меня осталось впечатление, что с девочкой всё будет хорошо, она в надёжных руках )

И я не сказал, что мне не понравилось ) Я высказал впечатление от вампира, гопников и приманки.

Он такой и есть: не хуже и не лучше. Не убил сразу, так как хотел узнать побольше о новом мире, после инцидента с гопниками решил использовать, как наживку. Не более. )) Конечно, она в надежных руках: при случае убьет ее максимально безболезненно. Он хищник, а не садист или маньяк. Когда лев или медведь нападает на человека, он просто хочет есть. С нашей точки зрения, это чудовищно, с точки зрения хищника абсолютно нормально и справедливо.

С моей точки зрения это тоже нормально и справедливо. Всё равно ваш вампир меня не пугает )
Это как мой Ласкан - всем кажется маньяком. Ложное первое впечатление.
Может быть дальше всё будет иначе, кто знает ^^

Знаете, самые страшные маньяки вполне мирно себе жили, были примерными семьянинами и никого не пугали, но это не мешало им быть чудовищами.

Рассказ короткий, каждый из читателей достраивает его самостоятельно. ))

Согласен с вами полностью ) Повторюсь, высказывал лишь своё впечатление )


Ага, в моём варианте будет хэппи-энд ))