ПРОЛОГ
Темное шерстяное одеяло почти свалилось на пол с небольшой откидной кровати на стене каюты. Сама каюта была едва ли больше четырех шагов в ширину и столько же в длину, но на небольшом пространстве компактно размещалось все необходимое для жизни - от умывальника до книжного шкафа. Большая часть мебели была встроенной, даже душевая панель, и лишь старое потертое, но все еще мягкое кресло не откидывалось от стены и ниоткуда не выезжало.
Стандартная пассажирская каюта небольшого грузового челнока, именуемого "Победой", отличалась от сотен таких же только разукрашенными стенами – то же маленькое пространство со встроенной мебелью, только, на манер людей творческих стены были разрисованы картинами живой природы, которой так не хватает в космосе. Было тут и раскидистое дерево, прячущее под собой шкафы и шкафчики, и водопад с летящими брызгами, умело расположенный так, чтобы, пользуясь душем, его видеть. Мягкая трава покрывала стену, от которой откидывалась кровать. А встав с кровати, обитательница каюты – Мария Келлер, капитан, она же владелец «Победы», встречала репродукцию Ван Гога – «Звездная ночь». Ее, еще в детстве, до глубины души трогало то, как видел художник с тяжелой жизнью маленькие, казалось бы, совершенно неинтересные точки на небосводе. И она полетела, за ними, в бескрайнюю черноту, сквозь века и сквозь пространство, в попытке обрести то небо, что звало ее ребенком каждую ночь. И это было, пожалуй, единственное, о чем она уж точно никогда не сожалела.
Темная фигура рядом с кроватью задумчиво наблюдала. Она не была здесь полностью, не по-настоящему, но все же была. Длинное темное пальто покачивалось от движений воздуха в каюте, а широкополая шляпа делала тень существа похожей на большой гриб. Мария пошевелилась – знающий человек мог заметить, что сон ее беспокойный – дыхание не было ровным и спокойным, иногда девушка едва заметно шевелилась, и даже морщила нос. Фигура протянула к ней руку в перчатке из темно-зеленого бархата. Словно шепот листвы, треплемой ветром, зазвучал тихий напев. Мелодия, никогда не имевшая названия, и не звучавшая в мире с тех времен, когда люди жили на одной-единственной планете. Возвышающаяся над кроватью тень тянула нежный напев, и ночь приобретала краски. Если бы кто-то бодрствующий был рядом, он различил бы на темно-красном, как спелое яблоко, пальто гостя тонкий узор, нанесенный светлым тиснением. Он увидел бы выбивающиеся из под шляпы рыжие пучки волос. Смог бы различить оттенки синего на шляпе ночного гостя, и увидел бы рисунок нежного цветка, согнутого почти до земли, на медальоне, струившемся едва заметным бледно-голубым светом, как фосфорные игрушки. Но из слушателей у тени была лишь спящая девушка, дыхание которой снова выровнялась, и она уснула глубоким спокойным сном, сложив руки под щекой.
Существо, которое боялось даже мысленно причислить себя к людям, подняло скатившееся одеяло, и укрыло спящую, продолжая тихо мурлыкать себе под нос песню. Оно натянуло шарф на лицо, опустило пониже поля шляпы и зажало в руке серебряный медальон – размером меньше ладони, он был в форме правильного круга с маленьким отверстием посередине. На черном фоне расходились по кругу завитки из маленьких серебряных точек, заканчиваясь тонкой каймой по грани. Медальон засветился красноватым оттенком, и фигура растаяла в тенях.
-Лиззи, есть продвижения?
Перемазанная мазутой и маслом девушка с тонкими, как у куклы, руками, подняла голову, ухмыльнулась и продолжила подкручивать что-то ключом. Ее маленькие пальцы ловко поворачивали то одно, то другое, притом одной рукой она одновременно что-то настраивала на небольшой сенсорной панели.
Белые волосы сейчас был изрядно взлохмачены и перепачканы, как и она сама, и ее некогда красный комбинезон. Пшеничного цвета глаза сейчас вряд ли можно было увидеть из-под больших защитных очков.
-Всему своё время, капитан - ее лицо было по форме похоже на сердечко, и улыбка редко сходила с него, отчего она напоминала ребенка. Во многом она и была ребенком.
Келлер нахмурилась, но промолчала. Она считала, что для того чтобы быть хорошим капитаном, не нужно подгонять механика или стоять над душой у пилота, но порой не делать этого было сложно. Особенно сейчас.
Они нашли работенку, обычная пассажирская перевозка - именно так, обычная, если можно называть обычным путешествие на почти семьсот лет в прошлое через пару галактик. Но за несколько лет на "Победе" весь небольшой ее экипаж привык к подобным вещам. Сама Мария была из тех времен, когда подобные путешествия были развиты и использовались вовсю, однако жила она далеко не на центральной планете, а в небольшом городке на Эдорре, одной из первых планет, на которые переселились люди с Земли. Эдорра была удалена от центров торговли, не заражена паутиной СМИ, и поэтому если в межзвездные путешествия люди верили, хотя они и казались им невероятными, то в путешествия во времени едва ли кто мог поверить. А Мария не только поверила, но и стала капитаном настоящего грузового челнока. И хоть на проверку это оказалось тяжелой работой - стоило девушке взглянуть на звезды через толстый анфор на смотровой палубе, и все ее проблемы отступали. Она была в небе, и это было прекрасно.
Убедившись, что Лиз, как обычно, делает все возможное (а Лиз любила корабль и свою работу, поэтому так всегда и было), капитан отправилась из машинного отсека к небольшой каюте на носу челнока, которая служила как кабиной пилота, так и капитанским мостиком. Это было помещение немногим больше десяти квадратных метров с небольшим пустым пространством, носовым окном из того же анфора, который был не только крепок, но и был снабжен графическими платами, которые по надобности могли вывести на него любое изображение, и большими приборными панелями, большая часть которых сосредотачивалась у кресел двух пилотов. Кораблем моно было управлять в одиночку, но для некоторых сложных задач требовался второй пилот.Сейчас кресло второго пилота пустовало, и Келлер заняла его, рассматривая Анну Митру, которая, что-то мурлыкая под нос, быстро нажимала то одно, то другое. Ее пальцы, словно выполняя магические пассы, порхали над кнопками. Смуглая девушка, с черными как смоль волосами, широко распахнутыми глазами и прямым носом, придававшей ей вид эдакой гордячки, обычно была хмурой и сосредоточенной, даже чуть нелюдимой - но стоило ей забыться и появлялась игривая девушка, вполне себе милая и общительная.
На "Победе" не было мужчин не из-за предубеждений, а просто потому, что найти человека, который станет мотаться во времени и пространстве за сравнительно небольшие деньги (несмотря на большие, казалось бы, возможности заработка, ПВ-путешественники были далеко не самыми богатыми, ибо их чрезмерно облагали налогами и ограничениями), а женщины... ну, возможно, их просто было больше. Кроме того, развитие цивилизации погубило большое количество исконно "женских" занятий - многие женщины просто-напросто изводились от скуки - особенно на крупных планетах, крупных не по размерам, а по населению и прибылям. Политика большинства планет к середине третьего тысячелетия была направлена на увлечение населения - было много территорий для освоения, и убыль населения казалась абсолютно ни к чему, поэтому женщины с выходом замуж получали гораздо больше прав, а если еще и рожали детей, то могли вообще не работать, и большинство ориентировалось на это. Запретов не было, на само собой как-то появились, а точнее возродились обычаи, при которых девушек выдавали замуж, и выдавали в возрасте от 14 лет. Таким образом, все обучение женской половины населения базировалось на семье и хозяйстве, а если семья живет в крупном городе, где есть роботы чтобы делать почти все - никаких тебе коней на скаку и прочее - недаром многие заказывают билет в прошлое, или отправляются осваивать новые земли. С появлением терраформации проблема перенаселения превратилась в проблему освоения. И если с полетами на неосвоенные планеты проблем было мало, то с прошлым были одни проблемы - ремонтных станций, там, естественно, не было, как и запчастей, а значит, сломаешься - и надейся, что успеешь дождаться помощи. А помощь приходила далеко не всегда... Вот и сейчас, обычная перевозка какого-то ученого, историка, обернулась неприятностями. Изношенный двигатель начал давать сбои еще в середине полета, но на обратном пути двигатель пошел в разнос, отчего примял некоторые детали, порвал часть кабелей, в том числе некоторые подводы системы жизнеобеспечения, и встал. Теперь они висели где-то в 20 веке, за пределами солнечной системы Земли. Кроме того, на борту у них был пассажир, который, к счастью, сейчас спал.
Мария тряхнула головой, отгоняя размышления, и посмотрела на Анну. В отличие от Лиз, специалистом девушка не была, и всему училась на ходу - даже сейчас Келлер могла бы сделать кое-что быстрее, настроить некоторые вещи более удобно, но настройка рулевой части - дело пилота, и лазить туда не стоит, если не хотите, чтобы пилот в опасный момент размышлял, где же находиться нужная кнопка, поэтому, показавшись в кабине, капитан зашагала к смотровой палубе. Кроме того, Митра за работой казалось скорее волшебницей, нежели пилотом - тонкие длинные пальцы перебегали с кнопки на кнопку, руки постоянно двигались, словно в каком-то чарующем действе, нарушить которое представлялось чем-то невообразимым. Не считая тех случаев, когда герои застревают посреди открытого космоса практически беспомощными.
Тихое урчание просигналило о том, что движок все-таки заработал, и Мария, не удержавшись, довольно хлопнула в ладоши. Цепь последовательных звонков сработала как часы, и, к моменту завершения прозвонки, Келлер уже стояла в кабине пилота. Капитанского "мостика" данная модель не предусматривала, хотя зачастую девушку называли мостиком кабину пилота, поэтому девушка просто заняла место второго пилота. Последовала проверка систем, и вскоре выяснилось, что корабль все-таки может долететь. Подобные поломки не были редкостью для старого грузового корабля, однако от этого безопаснее не становились. Однако, девушки сами выбрали такую жизнь, и улыбаясь, старались принимать все - чтобы ни происходило, держись, держись до тех пор пока небеса с тобой. А небеса всегда будут с ними.
-Давайте закончим работу, и денег должно хватить на обновление движка - проговорила Келлер. На обратном пути с данной им в агентстве миссии они подобрали пассажирку, которая сейчас мирно дремала в каюте. Звали ее Аманда Ромаро - меднокожая маленькая девушка с круглым личиком и не вязавшимися с ним решительными голубыми глазами. Лицо ее обрамляли сотни тонких косичек, на некоторых из них были небольшие украшения, и, если она резко поворачивала голову, слышался тихий их перестук. Девушка поведала им историю о сломавшемся корабле, которой никто не поверил ни на грош, но деньги были нужны, и Мария приняла решение взять пассажирку. Тем не менее, доверия к Аманде у них не прибивалось, и девушки хотели как можно скорее ссадить ее с корабля. Анна быстро вбила настройки - тут девушка делала все идеально по алгоритму, уж капитан об этом позаботилась, заставляя девушку проучить это так же, как когда-то сама заучивала так, чтобы даже во сне легко и быстро перемещать корабль, заставила заучить эту процедуру пилота, ведь стоило Анне ошибиться - и они могли просто-напросто попасть не туда куда надо, в лучшем случае. О худшем Мария предпочла не думать.
Они зафиксировались по пространственным координатам, ввели пункт назначения, сделали необходимые настройки, и запустили временной сдвиг. Вокруг корабля замаячили небольшие сияющие точки - в этой части космоса они были белесо-голубые, которые вскоре опутали корабль и постепенно, все за окном слилось в одну белесую завесу. Лишь перемещающиеся белые полоски намекали на движение, хотя на деле вряд ли можно было назвать это так. Они сдвигались относительно времени, как если бы поставить кого-то около крутящейся карусели - карусель крутится, а вы ждете нужного поворота, чтобы сесть куда надо.
Мария поднялась, потягиваясь. Впереди у них было еще несколько часов путешествия. После сегодняшних кошмаров, Келлер хотела для начала максимально устать, чтобы потом заснуть сном без сновидений, и, чтобы не заснуть, отправилась на обход корабля. Единственный выход с мостика был в узкий коридор - здесь, на носу, были резервные системы, за счет которых сейчас небольшой экипаж корабля и его единственный пассажир могли дышать - во время аварии сломалась основная система.
Коридор окончился отъездной дверью. В шаге перед ней он расширялся, и как раз тут можно было забраться на перекрытие выше, а так же спуститься. Под коридором был один из грузовых отсеков, сверху оборудование и пространство, которое при большом желании тоже можно было занять грузом. За дверью была небольшая комната с откидными сидениями вдоль стен. Посередине стояла колонна, на которой висело три плазменных панели - на случай, если пассажиры заскучают. Внутри колонны была куча полезных механизмов, от свежей воды, до телефона, однако использовалось все это редко. Из двадцати мест, которые были в этой комнате, никогда на памяти Келлер не занималось более пяти.
Из комнаты можно было попасть в коридор, который проходил через грузовой отсек к выходной рампе, и так же по лестнице спуститься на нижний уровень, к кухне и пассажирским каютам, правда, экипаж предпочитал забираться туда из коридора у мостика. Кроме того, тут была обычно закрытая дверь, через которую можно было пройти до машинного отсека, но она была заперта - был путь гораздо короче прям с мостика. Поэтому со своим обходом Келлер прошло по коридору грузового отсека, время от времени проверяя, не отошли ли где створки - стены коридоры были собраны из широких вертикальных панелей - не будь они заблокированы, через любую можно было бы попасть в сам грузовой отсек. Но капитан лишь проверила, стоят ли они на месте и зашагала к выходной рампе. Она была в самом хвосте - хотя из корабля при желании можно было выйти и с боков, и в ней все уровни, кроме нижнего оканчивались балконами и лестницами. Пара балконов опоясывало отсек, а наверху виднелись различные крепления - тут можно было везти что-то большое, или устроить вечеринку, кому как захочется. Сейчас здесь было пусто и звук шагов гулким эхом разносился по помещению, несмотря на то, что Келлер специально носила мягкие сапожки из кожи, чтобы хоть как-то сбавить шум от шагов - решетки и пластины под ногами не просто отзывались на то, что она на них наступала, но еще и беспощадно скрипели при этом, к счастью, не все, но и этого хватало.
Присев на один из пустых ящиков, девушка сама не заметила, как задремала.
ГЛАВА2
Звук шагов вывел Брайана из оцепенения - после бессонной ночи он не просто выглядел вымотано - его клонило в сон, стоило лишь присесть. Шаги разносились эхом по коридорам воздушной базы, зависшей сейчас посреди голубого неба планеты Бейла. Через слой прозрачного анфора виделись клубящиеся облака, которые на этой планете имели голубоватый оттенок. Последние несколько недель у него были проблемы со сном - мужчину преследовали кошмары, не дающие отдохнуть. Врач смогла только развести руками и дать ему снотворное, а ведь это был один из лучших врачей, что были у сил мародеров.
Мародеры - слово, которое вселяло страх во всех цивилизованных людей его эпохи. Они - словно татаро-монгольское иго галактического века - на протяжении уже третьей сотни лет те, кого федерации и лиги крупных планет звали "варварами" не только умудрялись существовать и удерживать за собой планеты, хоть и значительно отставали в технологиях, но и неторопливо расширяли свои владения.
Конечно, в информационной войне они сдавали позиции - у цивилизованной Конфедерации Свободы (так назвал себя союз крупных планет, хотя свобода - это явно не их вотчина) было гораздо больше средств, чтобы промыть мозги простому обывателю, убеждая его, что власть делает для людей лучшее, а мародеры это ломают.
Никто уже и не вспомнил бы, как началась эта война. Причин у нее была сотня, а повод каждый предлагал свой - одни считали, что все началось с вооруженных "отрядов порядка", посланных "спасти" людей от "невежества и жизни в нецивилизованных условиях", другие считали, что первые возмущения были спровоцированы резким подъемом налогов.
А большинство населения верило в то, что им говорили. А говорили им, то отдаленные планеты, жившие в невежестве и далеко от цивилизаций, настолько откатились в технологическом и социальном развитии, что деградировали. И добрые власти, чтобы спасти детей и женщин от трудных условий, чтобы обучить их и помочь им, пытались помочь отдалившимся, но их, видите ли, неверно поняли.
Брайан стиснул зубы - сначала правительства сослали на отдаленные планеты неопасных преступников, а так же многих антиглобалистов на дальние планеты, в надежде, что они отдадут свои жизни, осваивая окраины, но вместо этого оказались окружены хоть и слабыми но автономными мирами, в которых не выходило установить свои порядки. Правда знали об этом только так называемые мародеры. Цивилизация повесила на них ярлык варваров... Но скоро у них в руках будет ключ к победе. Только бы выспаться...
Источником звуков оказалась Элфинна Грин - самый неоднозначный из знакомых ему людей, которая к тому же была Одал. Мысль об этом холодила мужчине душу и вызывала толпу ледяных мурашек, пересекающих его спину. В силах мародеров никогда ранее не встречали Одал, но знаний Брайана хватало, чтобы понимать, что они не выпускают никого из своих рук, и, встретившись с ними однажды, вы можете никогда от них не отделаться. Даже сами Одал не смогли бы покинуть свою гильдию – нельзя было отпускать одаренных - они были слишком опасны. Когда-то ему казалось, что такой взгляд - это тоже ложь, навязываемая людям, но познакомившись с Элфинной, он понял, что контроль одаренных - замечательная идея.
Одал - многие на отдаленных планетах, за которых сражались мародеры, не верили в их существование. И правда, сложно было поверить в то, что существуют люди, способные заставить вещи летать или воду закипеть одной силой мысли, и это недоверие было неудивительно. После веков, если не тысячелетий, когда такое было невозможно, сложно было поверить в то, что одно, казалось бы, небольшое открытие породило способ для некоторых людей научиться подобному. Однако независимо от того, верили в них или нет, Одал существовали - женщины и мужчины, объединенные своими способностями, они не просто существовали, они обладали огромной властью и силой.
Не было в его жизни человека, которого бы он по-настоящему боялся, пока на его пути не встала темноглазая корденка. Корденцы, которые жили на небольшой планете с климатом от пустынно-жаркого до невероятно холодного, славились своим крутым нравом и тем, что даже маленький ребенок обучен воинскому искусству так, что не всякий взрослый с ним потягается. Но вместе с нем они всегда были справедливы, и подчинены своему особому кодексу чести, который не позволял стрелять в спину или бить исподтишка. Корденца можно не опасаться, до тех пока он не объявит, что решил убить тебя, и даже тогда, он сойдется с тобой в честном поединке, а не будет нападать со спины, или пытаться схитрить. Сам Брайан не гнушался небольших хитростей, особенно если те могли спасти жизнь ему или его солдатам..
Проблема в том, что обучение Одал включало в себя полный отрыв от того, кем был одаренный раньше - они становились инструментами, с помощью которых их лига руководила миром. И, судя по всему, они не считали мародеров просто варварами - Элфинна хоть и была неофициальным советником, но прислана была высшим руководством.
Когда Грин подошла, Брайан с готовностью поднялся. Кроме того, что в этическах нормах было оказывать почтение любому Одал, она была советницей его генерала. Будь она кем-нибудь другим, мужчина бы решил что она очень привлекатальна - девушка выросла в холодной части Корденны, и кожа ее была очень светлой, почти белой. У нее были яркие черты - контрастирующие с белой кожей темные узкие глаза, тонкие темные чуть приподнятые брови, которые создавали впечатление, что она чем-то недовольна. Это впечатление дополнял маленький рот с капризно сложенными губами. Казалось, эта девушка рождена быть капризной и своевольной куколкой. Однако за лицом куколки крылся хладнокровный человек. Она не была жестокой, но была куда опаснее - она делала то, что считала верным и ради этого готова была на все. Взгляд ее словно взвешивал и обмерял мужчину - она оценивающе осмотрела его - начиная от прядей каштановых волос, и заканчивая его массивными форменными ботинками.
-Мистер Даррос - заговорила она после его уважительно кивка. На ее родной планете люди говорили непривычно быстро, но с подобными вещами при обучении Одал эффективно боролись - девушка говорила размеренным голосом, не торопливым и не слишком медленным - речь ее текла подобному спокойному ручью, и слегка завораживала. - Я просмотрела ваше личное дело, и последний медицинский отчет меня обеспокоил. Подобное может помешать успешному выполнению вашей миссии, и провала допустить нельзя - она говорила о деле, способном изменить ход истории так спокойной, будто обсуждала погоду - поэтому вы должны позволить мне вам помочь.
Брайан не сумел скрыть досадливого вздоха. Он ожидал этого и примирился с этим, но тем не менее, традиционная медицина была ему более по душе. Кроме того, из того что он слышал о госпоже Гринн, она относилась к дельта-крылу своей гильдии, а это крыло принимало к себе тех, кто обладал способностью воздействовать на людей и их сознание. И не всегда они это делали в лечебных целях.
С внутренним содроганием мужчина кивнул - И когда вы хотите этим заняться, госпожа Гринн?
На ее тонких губах промелькнула тень улыбки, но лишь тень - Одал всегда вели себя как властители, гордые и холодные. Или, по крайней мере, мастерски могли создать подобное ощущение.
-Ну, нужно ждать, просто не шевелитесь - действительно, не будь она одаренной, ее голос мог бы очаровывать. Брайан замер, с трудом сохраняя почти беспечный вид, когда девушка положила маленькую ладонь на его грудь, а вторую на лоб. Она была на голову ниже его, но даже сейчас скорее была похожа на королеву, снизошедшую до простого смертного. Приятное тепло распространилось от ее рук, и потекло по всему телу, и, внезапно, в голове мужчины замелькали образы из его снов - теперь они были гораздо более четкими. Девушка в огромном зале, маленький грузовой челнок, на котором он с небольшой командой несется по какому-то важному делу. Красивейший сад, сменяющийся сценами битвы, притом, по-видимому, средневековой - он бился мечом, солдат рядом с ним потерял меч, но вовсю орудовал мощным белым щитом. Кто-то сзади одна за другой пускал стрелы.
-Интересно - сквозь пелену видений услышал он шепот Одал - крайне интересно. Видения вскоре прекратились, и он пошатнулся - внезапно слабость, во сто крат превышающая то, что было ранее, окутала его, и мужчина с трудом устоял. Однако мягкая и в то же время властная рука Элфинн опустилась на его плечо, давя.
-Тебе нужно присесть, Брайан Даррос - ее изучающий взгляд пугал его. Черная дыра, он не хотел быть кем-то интересным для Одал, он простой солдат! Ну может каплей выше, но все же явно не из тех, вокруг которых что-то случается- давно ты видишь эти сны?
Спина Дарроса подверглась внезапному набегу холодных мурашек. Он никому не говорил о своих снах, о том что он видел и насколько реальным это казалось – будто бы это была вторая его жизнь.
-Около месяца, госпожа Одал. - его голос был твердым. Черная дыра, сотня черных дыр, женщина видит его насквозь, но он достойный солдат. Не для того воспитывал его отец, чтобы он дрожал перед женщиной, пусть и способной убивать силой мысли.
-Ты должен хранить это втайне - ее темные глаза едва ли не сверлили его - никому не говорить о них - она понизила голос - даже генералу. Даже Одал. Даже своей любимой, никому. Тебе это ясно?
У Брайана не было любимой, если не считать девушки, которая иногда ему снилась - но ведь она лишь плод воображения, да и рассказывать кому-либо о сне он не хотел, но, тем не менее, он медлил с ответом. Скорее, потому что не хотел верить в то, что это нечто большее ,чем просто сны, хоть и где-то в сердце всегда знал об этом, чем потому что собирался отказать этой женщине. Она выглядела обеспокоенной, и это его пугало, ведь такие, как она редко выглядят обеспокоенными.
-Да, госпожа Гринн - к Одал никогда не обращались по имени. Один солдат как то обратился по имени к Элфинн, и удостоился такого взгляда, что, казалось, пожалел о том, что он вообще существует. После пары таких недоразумений все на базе обращались к Одал как положено. Она ничего не делала, просто смотрела на людей, но даже это могло посеять если не панику, то небольшой страх.
-Отлично - более громко ответила она и выпрямилась - ваши сны должны стать спокойнее, и я хочу, чтобы вы обратились ко мне, если... если появится что-то новое - ее заминка вселяла в него тревогу. Но, по крайней мере, он выспится. - Вам пора готовиться к новой миссии, но сначала отдохните - это не было приказом, но Брайан бы не осмелился ослушаться ее.
Одал удалилась, величественно вышагивая. Только сейчас Брайан обратил внимание на ее одежду - платье из темного шелка. Мужчина почти не обратил внимание на него, но сейчас вспомнил что вырез его чуть приоткрывал ложбинку груди, тонкий пояс перехватывал его выше талии, а юбки были были длинной до пола, однако не скрывали тонкие туфли, словно сделанные из лепестков. Со спины, хоть и чувствовалась ее внутренняя сила и властность, которая была в осанке и походке, она почти казалась обычной женщиной. Обычной, хорошенькой женщиной, с длинными прямыми волосами, доходящими до округлых бедер. Мужчина тряхнул головой. Она была Одал, но кроме того... Его посещали слишком странные сны, казавшиеся слишком реальными. И там была слишком реальная девушка...
-Оставлю эти рассуждения Одал - пробормотал парень - пора поспать - и с этими словами он зашагал по коридору прочь. У него было задание, которое нужно сделать. Он не слышал, да и не мог, тихий шепот за спиной - Элфинна обернулась и печально качнула головой - как жаль, что тебе придется умереть - сказала она сама себе, но быстро оправившись, обернулась и прошествовала в свою кабину. Должно быть сделано то, что должно.
ГЛАВА3
Ветер колыхал фиолетовых оттенков траву, росшую неровными пучками по всему периметру небольшого дворика ремонтного цеха. Предоставив механику разбираться с кораблем, а так же разобравшись с их единственным пассажиром, Келлер с довольным видом полулежала на старом шезлонге. Здесь, под палящим красноватым солнцем Мелерина, люди предпочитали не загорать, оно было либо слишком холодным утром и вечером, либо слишком жарким в середине дня. Однако, если ты неделю не видел солнечных лучей, можно немного погреться даже под таким солнцем.
-Почему вы не берете меня на борт? - Раздался высокий голос Аманды. Он нервировал Келлер не меньше, чем глупые вопросы, а глупые вопросы раздражали ее неимоверно.
-Я не обязана отчитываться тебе в своих действиях - довольно грубо ответила Келлер. Сотня черных дыр! Эта девушка уже полчаса ходила за ней, упрашивая взять ее с собой. - у нас был уговор, а тут есть куча кораблей, которые довезут тебя куда угодно, чего ты липнешь именно к нам?
-Вы не понимаете - в глазах Аманды начало проблескивать отчаяние, ровно как и в голосе. Казалось, она едва сдерживается, чтобы не начать заламывать руки.
-О, я, кажется, прекрасно понимаю - Келлер, поняв, что полежать ей больше не удастся со вздохом села. - Ты от кого-то или чего-то бежишь, боясь высунуться, и что бы это ни было, впутывать себя, свою команду и корабль я не хочу. Поищи какого-нибудь мужлана-любителя неприятностей и безбашенных девиц. - Мария резко встала - а нам еще надо сдать документы и пройти тех и мед осмотр.
-Я не могу - Аманда ухватила девушку за руку - просто не могу.
-Ох, не надо - поморщилась Мария - я тебе не Робин Гуд или кто-то подобный, слезами меня не проймешь, если я не могу взять тебя на корабль, значит не могу. А теперь иди прочь, у меня еще много дел - игнорируя несчастные взгляды девушки, Келлер отправилась проверить, как идет ремонт, что было в любом случае лучше причитаний Аманды. Что-то было в этой женщине, не внушающее доверие.
-Ты не бросишь меня тут! - воскликнула из-за ее спины девушка, срывающимся голосом. Украшения на косичках тихонько постукивали от вздрагиваний несчастной. Капитан подавила вздох. - эта планета - сборище подонков!
-Сборище?- Ромаро подняла вопросительный взгляд, и на секунду у Марии закрипело на зубах, будто она смотрела игру уличных актеров - на периферии стоящих почти не было, и играли они ужасно фальшиво. Противное ощущение моментом отступила, и, капитан, не мешкая продолжила.
-Простите, Ваше высочество - Мария сделала шутливый реверанс - нам, простым плебеям не понять, что ваша честь не позволяет вам останавливаться на планетах с одним единственным городом - Меледрин, столица одноименной планеты, и правда был единственным на ней городом - больше и не требовалось, правда на планете можно было найти несколько рудников и поселений рядом с ними, но городами их едва ли можно было назвать. -Но если два вас, миледи, местные люди сброд, то на нашем корыте вам точно будет не комфортно - издевательски расшаркавшись, Мария зашагала прочь. Аманда наградила ее спину таким взглядом, что, обернись сейчас капитан, она бы наверное сгорела на месте. Однако, капитан не обернулась.
Не прошло и четверти часа, как она получила сообщение от Лиз о том что корабль на ходу и прошел техосмотр. Оно застало Марию, когда та сидела на белом кожаном диванчике, заполняя документы - отчет о полете, отметки о доходах, формуляры оборудования. Ее агентство -"Хроносфера"- предоставляло не только лицензии, но и подыскивало работу - а попасть в подобные места, особенно таким как Келлер было сложновато.
Она всегда чувствовала себя здесь неудобно - своего корабля экипаж "Победы" никогда бы не стеснялся, хоть он и выглядел как куча металлолома, особенно стоя в ангаре рядом с новенькими, блестящими машинами, но подобная самоуверенность не распостранялась на сам экипаж. Сейчас Келлер с радостью провалилась бы - ее пусть и чистая, но вполне потрепанная одежда - кожаная тонкая куртка, одетая поверх зеленой кофточки, потертые джинсы, запачканные грязью ботинки - посреди приемной "Хроносферы", где повсюду была белизна, а все люди носили облегающие плекситканевые одежды, которые выглядели, словно были только что из магазина, она чувствовала себя как фермер из провинции, по ошибке попавший на званый вечер президента.
Келлер заставила себя гордо расправить плечи, поборола желание добежать до уборной и хоть как-то привести себя в порядок, собрать рассыпанные по плечам волосы по местной моде, отереть обувь, стянуть куртку, и продолжила заполнять бумаги. Мало того, что проку от этого было бы мало, а дискомфорт только увеличился бы, так еще это отняло бы драгоценное время. Может быть из-за их пассажирки, а может просто из-за своей беспокойной интуиции Келлер хотелось как можно скорее оторваться от этой планеты и лететь прочь. Так что девушка лишь отправила команде сообщение явиться на медосмотр и подогнать корабль к офису агентства.
Медосмотр агентство заставляло их проходить как минимум раз в четверть года, но рекомендовало (а когда источник работы рекомендует, лучше подчиниться) проходить его после каждых двух-трех полетов. Кроме того, была в нем и приятная сторона- ждать результатов приходилось час, и на это время им предоставлялся люкс-гостиничный номер, с мягкой постелью и горячей ванной - вещами, которые сложно повстречать в космосе, особенно путешествуя на грузовом челноке.
Правда, часть времени, которое Келлер планировала провести, нежась на постели после того, как двадцать минут в нее тыкали иглами и трубками, пришлось потратить на обязанности капитана - а именно приемку груза. Девушка порадовалась тому, чо работа нашлась так скоро, но все же препочла бы, чтобы оно случилось хоть получасом позже. К счастью, на посту был толковый погрузчик и все проблемы она решила за полчаса, и даже успела заполнить документацию на груз, после чего едва ли не бегом устремилась в небольшое общежитие - комнату в отеле с мягкой постелью и ванной она потеряла из-за приемки груза, но ее комнатка в общежитии агентства всегда была при ней, и пускай в общежитии ванна была общей - по сути это была большая купальня, скорее напоминавшая баню с бассейном - все же это было лучше узкого душа на корабле.
В ванной, к которой устремилась девушка, на ходу захватив в комнате банный набор, полотенце, и смену одежды, было пусто - по меркам планеты сейчас был самый разгар рабочего дня, и появиться там могли только такие же, как она, работающие без расписания. "Хронос" занимался по большей части "серьезными" работами, которые велись по расписанию. Однако, наемники, как "Победа" им зачастую пригождались, благодаря чему Мария и смогла сюда попасть. В ее сфере, даже такая общая купальня была роскошью.
Оставалось не более получаса до отправки, и девушка почти на ходу стянула с себя грязную одежду, сразу же бросив ее в стиральную машину - прачечная была в смежной с купальной комнате, и, обернувшись полотенцем, зашагала к ванне-бассейну.
Кажется, здесь подобная вещь называлась тикер, хотя как девушка назвала ее для себя ваннобассейном, так и не смогла привыкнуть к местному именованию. Тикер представлял собой большое углубление в полу, глубиной не более метра, которое занимало почти всю комнату, оставляя сбоку небольшие пространства для прохода. В комнате было тепло, на каждой стене размещались небольшие жаровни с камнями, на которые время от времени плескалась вода, и комната наполнялась теплым паром. Вода была очень теплая, близкая к горячему, и постоянно обновлялось. В комнате висел устойчивый хвойный запах - видимо кто-то брызнул немного эфирного масла на жаровню. Мария быстро скинула полотенце и зацепила его на крючок, прихватила с собой специально предназначенную для банных принадлежностей плавучую корзинку и медленно скользнула в воду.
Ритм ее жизни волей-неволей приучал делать все очень быстро, кроме того, памятуя о том, что здесь купальни не делятся на женскую и мужскую, а Келлер хоть и девушка свободных мнений, но воспитана была в старых традициях и не горела желанием в нагом виде разгуливать перед мужчинами, она направилась к месту, где бортик превращался в небольшую лесенку. Возможно, сказывалась усталость, или то, что внутри парильне было тепло как в бане, но она чувствовала во всем теле слабость, которая все росла. К моменту, когда девушка выбралась из купальни, она едва смогла передвигать ноги. - Да что же это - трясущимися руками она стянула полотенце с вешалки и накинула на себя. Дальше ноги ее просто не понесли, колени подкосились, и девушка присела прямо на деревянную решетку пола. Через секунду ее голова отяжелела настолько, что встретилась с той же решеткой, и Мария скользнула в темноту.
