Проект Феникс.

И будет конец света, и останется в живых один человек, наедине с богом, и этот миг пройдет, и человек исчезнет, оставив после себя лишь звездную пыль и пустоту времени.


1 удача.

Одинокий человек стоял, смотря на грязно-багровый закат, хлесткий ветер нещадно трепал его ОЗК залепляя окуляры противогаза пеплом. Человек думал, как в одночасье все изменилось, как ценности мира утратили смысл, превращаясь в пепел.
Он думал о том, что уже никто не напишет новой книги и не снимут новый фильм.
Мысленно он слышал детский смех, затихающий в дали уносимый ветром, он видел родных и знакомых ставших тенями. Человек присел на корточки и поднял горсть сухой обожжённой земли, разжав ладонь, он развеял ее по ветру, отпуская прошлое вслед за ветром на восток.
Человек оплакивал землю молча, без церемоний. Свое прошлое он отпустил, смело, смотря в густую тьму будущего. Он не хотел сдаваться он не мог этого сделать, ибо знал, что есть надежда, и надежда была его сыном, который сейчас был в убежище.
Проводив мертвое солнце за горизонт, он открыл люк у ног и спустился под землю.

-Ты хоть спал сегодня?- Ольга положила ему ладонь на плече
Игорь стянул противогаз и сжал его, так что захрустели суставы пальцев.
Он уставился отсутствующим взглядом в бетонный пол
-Ничего там нет.- Он посмотрел ей в глаза.
-Там только смерть - продолжал он. - Слышишь!?
-Там кругом только смерть.- Он с трудом сдерживал эмоции от увиденного им ада на поверхности.
-Давай снимай это. - Она принялась расстегивать застежки его хим. защиты.
Игорь словно проснувшись, одернул ее руку и начал снимать громоздкий, зеленый костюм.
-Пожалуйста, выйди, пыль заражена тут не безопасно.
Она встала и вышла из шлюзовой камеры, лязгнули затворы, раздалось шипение и через секунду с потолка на него, словно тропический ливень обрушился поток воды.
Игорь стоял, подставляя свое лицо огромным каплям.
Поток прекратился так же внезапно, как и начался. Он продолжал стоять и думать о случившемся, о том совпадении, благодаря которому он и его семья остались в живых.

***

А ведь если бы он не забыл водительское удостоверение в шкафчике на работе, их бы тут не было.
Это был обычный пятничный вечер впереди выходные, и он собирался поехать забрать документы, благо место работы находилось всего в трех километрах от его дома, но жена напросилась с ним под предлогом проехаться по магазинам и подкупить необходимое.
И конечно пришлось брать их пятилетнего сорванца Егорку.
Первым делом он заехал на работу, остановив машину у проходной он посигналил.
В тот день дежурил Максим Терентьевич, так что пришлось подождать пока он отвлечется от созерцания совей, коллекции монеток.
- Нумизмат чертов.- Подумал Игорь.
- А это ты Игорь? Чего, забыл что-то?
- Ворота не закрывай, я права заберу, и мигом назад.
- Угу - Он вновь уставился в свой альбом для монет.
И когда они уже отъехали от КПП на десять метров Игорь увидел в зеркале заднего вида на горизонте ослепительно яркое зарево, а затем еще несколько таких же рядом.
И тут чутье не подвело его. Он резко ускорил свой автомобиль и подъехал к входу в убежище, он остановил машину и, выбежав резко открыл заднюю дверь, силой вытащил ничего непонимающую жену с ребенком на руках.
А дальше все как в тумане, они бежали, спотыкались, люк убежища захлопнулся над головой, и тишина. Затем грохот, тряска и снова все стихло, плакал ребенок, осыпалась с потолка штукатурка, шурша, словно змея на песке. Потом автоматика убежища включила вентиляцию и свет, датчик радиометра у входа затрещал как соловей. Егорка молчал, уткнувшись лицом матери в грудь, обняв ее, затем он повернулся к отцу и спросил - пап, а это гроза такая?
Игорь растерянно кивнул.

***

Загорелась зеленая лампа, щелчок, шипение и шлюзовая камера озарилась мягким, теплым светом. Дверь слегка приоткрылась, приглашая внутрь, образ воспоминаний растворился.
Бункер был частично не достроен, нахватало отделки стен и пола, но уже обставлен. Выход из шлюза попадал в центральную комнату, где находилось все для отдыха и развлечений. Тут и книжные полки, и телевизор с дивиди проигрывателем стол со старым военным радио. Заканчивался центральный зал кухней с лева отгороженной подобием барной стойки. Кухонька не большая, но имела все необходимое кроме посуды. Справа небольшой склад с провизией, и генераторная в которой, так же находилась скважина для воды. Напротив входа за деревянной дверью находилась спальня и душевая с туалетом.
Освещалось все это весьма долговечными лампами дневного освещения. На стенах несколько репродукций художников СССР. Генератор питался от дизельного топлива из закопанного резервуара, судя по датчику уровня на четверть наполненного, выхлоп отводились серебристой гофрированной трубой в потолок.
Игорь заглянул в спальню, там сын игрался со своей машинкой, катая ее по полу и губами эмитируя работу двигателя.
-Папа!!!- вскрикнул Егорка, когда заметил, как он на него смотрит. Он отбросил игрушку и с разгону печатался в объятья отца.
-Ты чего ни будь, принес?
-А почему ты мокрый?-
-Пап, а там что дождь?-
-А когда мы уже домой пойдем?
Малыш засыпал вопросами так, что Игорь растерялся и лишь сильнее обнял его
-Скоро сына, скоро.- Прошептал он ему и прижался к его щеке.
-Ай, колючий!- Егорка отстранился и побежал на кухню, по пути уронив что-то со стола в зале.
Игорь провел рукой по щеке, -мм да, неделю уже не брился, хоть ножом скоблись.
Он поднялся и стянул с себя влажную одежду и переоделся в чистую сухую, слегка не по размеру, особенно в области живота, так что, пришлось подпоясаться шнурком, который он позаимствовал, из поношенной парки.
Когда он вошел в зал Ольга уже накрывала на стол, не хитрый ужин, состоявший из трех банок разогретых мясных консервов, галет и черного чая. Пахло очень вкусно.
За ужином они не проронили ни слова, Ольга без аппетита ковыряла свою порцию консервов. Игорь видел ее печаль и страх за будущее он и сам боялся, но виду подавать не хотел. Он положил свою ладонь на ее хрупкую ручку и сказал: - мы выберемся из этого, я обещаю тебе «мышонок». Она лишь натянуто улыбнулась в ответ. Слова были не нужны, все было и так понятно.
Тогда Игорь спросил про радио.
-Тишина, только помехи. Сказала она, поджав тонкие губы.
Затем она что-то вспомнила и поспешно удалилась в кладовую.
Егорка смотрел мультфильм про кота, который бесконечно отгребал от мыши и даже не заметил, как мать пронеслась возле него.
Что-то упало за дверью, громко звякнув затем она вышла, неся в руке коробочку болотного зеленого цвета.
-Я тут нашла кое-что. Начала она. - Когда ревизию проводила, посмотри, может пригодиться.
Игорь поставил пошарпанную коробку перед собой и открыл ее.
От туда смотрел прибор, похожий на калькулятор, только без кнопок примерно пятнадцать сантиметров в длину и шесть в ширину. Прибор был серого цвета с сине-белой наклейкой на лицевой стороне, на которой красными буквами была выведена какая-то формула, а ниже уже понятными буквами «дозиметр бытовой Белла».
С права, на ребре прибора имелось два переключателя «поиск и питание». Игорь повертел его в руках и нашел слот, для батареи открыв его он, убедился в ее присутствии, только она была установлена на оборот, дабы избежать разряда. Игорь быстро исправил это, установив батарею как положено. Он перевел переключатель в режим поиск, прибор коротко пикнул. На дисплее высветились цифры: два нуля точка ноль шесть.
Игорь почесал затылок, не прерывно смотря на дозиметр. Встал из за стола и подошел к шлюзовой двери, держа прибор перед собой. Затем он приоткрыл дверь и просунул туда дозиметр, цифры на дисплее поднялись до значения два нуля точка семнадцать.
-Работает! Сказал он и улыбнулся жене.
-Что это? Спросила Ольга, любопытно смотря на прибор в его руке.
-Это родная моя, дозиметр, ну чтоб радиацию мерить и обходить опасные места, как в игре помнишь?
Она кивнула.
Тут же подбежал Егорка и замельтешил вокруг отца.
-А какой игре? Про зону? Да?
-Пап ну дай, дай а? для него это была очередная игрушка и развлечение в убежище.
И ясное дело, что то новое должно было пройти его контроль.
Игорь присел на корточки и протянул ему прибор, Егор взял его и сделал круг по комнате, держа его перед собой с деловитым видом. Подойдя к отцу, вручил его обратно со словами
-Наломалий нет, все чисто. И гордо задрал нос к верху.
Игорь потрепал его волосы и поднял его на руки, подбросив его к потолку.
-Ты ж мой сталкеренок. Сказал он и поставил ребенка на пол, тот в свою очередь вихрем умчался в спальню и затих за дверью.
-Ну, хоть теперь в слепую выходить не буду.

Дни тянулись в ожидании, Ольга дежурила у радио. Игорь еще пару раз выходил на поверхность, обыскал всю территорию его бывшего места работы.
В столовой он нашел тарелки, ложки, несколько банок консервов и радость для Егорки целую упаковку шоколада. Гаражи и инструментовка не уцелели, по этому, Игорь не стал рисковать и без того потрепанным ОЗК и обходил стороной эти места, к тому же там дико фонило.
На проходной он нашел Терентьевича, тот так и застыл обгоревшей головешкой с поднятой рукой, словно он хотел закрыть глаза от яркого света.
Так прошла еще неделя.
Игорь уже утратил надежду на то, что их найдут спасатели и решил сам отправиться на поиски выживших в ближайший поселок на днях. Только нужно спланировать маршрут.


2. Морок.

Игорь бежал что есть силы, срывая горло в крике.
- Стойте! Я здесь, стойте - кричал он.
Стекла противогаза запотели, он сорвал его и швырнул в сторону. Он спотыкался, падал, вставал и снова бежал, не обращая внимания на боль в мышцах. Его гнал в перед первородный страх, черный, липкий как смола. Игорь боялся обернуться, он знал, что тьма уже почти настигла его. Впереди в нескольких метрах маячили миражем две фигуры, серым маревом колыхаясь и отдаляясь все дальше от него. Это было похоже на гонку за тенью. Одна фигура была значительно выше другой, той, что держала высокую за руку.
Они что-то говорили. Игорь видел, как шевелятся их губы в безмолвном страхе.
Когда Игорь понял что все попытки сблизиться, тщетны, он обессиленно опустился на колени.
- Стойте - прошептал он, - я здесь, стойте. По щекам его катились слезы, оставляя светлые дорожки на перепачканном сажей лице.
Затем силуэты исчезли, словно их сдуло ветром как пыльцу с цветущего дерева.
Остался только голый пейзаж с торчащими стволами обгоревших деревьев.
Он поднялся на ноги и обреченно повернулся лицом к тьме, которая уже почти настигла его. Медленно и неумолимо она двигалась на него, растворяя все, что попадало в нее, рассыпая в пыль. Все ближе и ближе, в последний миг Игорь расставил руки в стороны и посмотрел в серое небо. Тьма поглотила его, пронзив тело миллионами игл.
Он открыл глаза, громко вдохнув воздух, перед ним все тот же серый, бетонный потолок, освещенный тусклым светом лампы из соседней комнаты.
В спальне что-то происходило, всхлипывала Ольга
Послышались тихие шаги и в проеме двери, возник ее силуэт.
- Не спишь?- Прошептала она, взволнованно вытирая слезы тыльной стороной ладони.
Он вытер пот со лба одеялом, протер глаза, разгоняя образы сна.
-Что случилось?
- У малыша температура.
-А….?
- Нет ничего кроме бинтов и зеленки,- Не дав договорить ему, ответила Ольга.
Игорь поднялся и прошел в комнату, где спал Егор, он лежал на кровати с мокрой тряпкой на голове и тяжело дышал.
Игоря словно холодной водой окатило.
- Сколько сейчас время.- Спросил он.
- Шесть двадцать.
- Нужно выходить наверх.






3. Выход.



Люк с громким лязгом захлопнулся. Игорь постоял, с минуту оглядываясь по сторонам. Светло серый пепел, покрывал все пушистым одеялом.
Обгоревшие ветви деревьев, словно иссохшие руки нищенки, тянулись к небу, царапая небосвод. Облака как рваный брезент, низко стелились по небу, убегая на восток и в разорванные дыры, изредка заглядывало солнце, отбрасывая тонкие лучи на землю.
Игорь всматривался в горизонт туда, где раньше находился поселок Знаменск. Тихий, спокойный, имевший свои предприятия школу и церковь, теперь от туда поднимались столбы черного дыма. Сквозь серую мглу пепла они походили на многоногого, колоссального монстра, уснувшего над поселком. Дозиметр на поясе в подсумке тревожно запищал, подгоняя Игоря быстрее покинуть это место.
Выходя через КПП он увидел свою брошенную машину, точнее остов обгорелого металла.
Прошел сторожку с теперь уже бессменным сторожем.
- Упокой его душу, не знаю, кто там сейчас теперь и кому молится. Подумал Игорь.
- Только разве что, для своего успокоения?
- Ладно, надо идти. Он подтянул лямки рюкзака, поправил ремешки, попрыгал на месте, все в норме.
До поселка было, где то около километра, западный ветер начинал набирать силу. Игорь с трудом мог идти, особенно на открытой местности. Подходя все ближе к поселку, силуэты домов, проявлялись из мглы как призраки.
Он дошел до первого здания за 20 минут, прислонился спиной к стене бывшего магазина кооператор, отдохнуть там, где не дул ветер. Через дорогу, он увидел сгоревший продуктовый магазин. Игорь достал из подсумка дозиметр и взглянул на показания.
Ноль, ноль точка сорок восемь.
- Хоть бы инструкцию оставили. Подумал он и убрал прибор обратно.
Он перешел дорогу, огибая, магазин и направился к мосту, ведущему через реку Преголя. Сквозь мглу начал проступать силуэт моста. Словно скелет огромного кита лежащего на боку, он лег поперек реки, обнажив свои металлические внутренности, и играл свою симфонию смерти, завывая скрежещущим басом в такт ветру.
Убедившись, что мост более ли менее цел, Игорь с небольшими заминками преодолел реку. Местами приходилось перепрыгивать обвалившиеся пролеты. Учитывая то, что он был в химзе, даже провалы в полметра представляли опасность, но мост был позади. Ужасно хотелось снять противогаз и вытереть с лица пот, который уже попадал в глаза.
Поселок был неузнаваем, по всюду были разбросаны остатки кровли, кирпичей и шифера.
Нагроможденные обугленные машины встали в вечной пробке, распахнув свои двери. Уцелевшие здания с почерневшими стенами и выбитыми окнами венчали эту аллею хауса.
Игорь свернул к переулку в обход площади, к единственному и колоссальному для поселка пятиэтажному зданию. Со стороны площади доносился собачий лай.

***

Проходя этот переулок, он вспоминал, как в юности они с Ольгой возвращались этой дорогой с дискотеки, как восхищался ее красотой в свете уличных фонарей.
Шутили, смеялись, строили планы, загадывая желания, когда падали звезды. И тут же стоя на том изуродованном ныне мосту, он сделал ей предложение.
Они познакомились еще в школе. Ольга была тихим скромным ребенком, родители ее усугубляли спиртным, и она часто сбегала из дому, чтобы не видеть, как отец избивает пьяную мать. В школе ее прозвали «Крыся», но Игорь назвал ее ласково «мышонок». За ее остренький нос и слегка вздернутой верхней губы, которая открывала два верхних зуба. Однажды он застал ее плачущей в школьном саду. И в тот день он узнал все, что она пережила, и поклялся, что всегда будет защищать ее. И она привязалась к нему, они всегда были вместе, шухарили по дворам с местными ребятами. Отгребали по полной программе, если их поймают, да и Игорь отгребал, заступаясь за нее, они были как близнецы. Игорь не обращал внимания на запрет родителей не водиться с ней, часто сбегал из дому, что бы быть рядом. Ночевали черти где или гуляли до утра. Позже Игоря мать уговорила отца быть чуть менее строже к ней и Ольга постепенно начала привыкать к их семье, став незаминимой и желанной дочерью для Игоря матери. Время шло, и их чувства переросли в нечто большее и Ольга расцвела, из гадкой серой мышки она перевоплотилась в утонченную красавицу, и те мальчишки, что смеялись над Игорем теперь завидовали ему. К моменту их свадьбы Ольгины родители уже умерли, мать схватила цирроз и сгнила заживо а батя так и сгинул где то, уехав на заработки, прислали только его вещи и номер безымянной могилы в Мурманске. Все равно она любила их и Игорь видел эту печаль в ее глазах которые искали их среди гостей на свадьбе. Потом появился Егорка. Ольга назвала его в честь своего дедушки, который погиб при взятии Кёнигсберга. Ее бабушка, всегда рассказывала ей про него, и она поклялась хранить память о нем. Игорь не возражал, и все бы ничего, но пришла война и теперь он здесь, идет среди развалин за лекарствами для сына.

***

Воспоминания унес сильный порыв ветра, чуть не сбивший его с ног. Серые хлопья пепла кружились вихрями, завывая в проводах и выбитых окнах пятиэтажки. Пустыми глазницами они смотрели на него с немым укором.
- Уходи, человек, это теперь не твой мир, ты здесь чужой.- Напевал ветер и словно разыгравшийся котенок, трепал обрывки газет и целлофановые пакеты.
Зайдя за дом, он оказался на открытом пространстве, преодолеть его особо не составило труда. Дозиметр затрещал как соловей, Игорь перешел на бег. На его пути оказался забор из сетки рабицы обходить его он не стал, так как дозиметр гнал его в спину.
Перевалившись через преграду, он оказался в торговой зоне поселка. С лева от него находился магазин бытовой химии и обувная лавка, с права, стоял сожженный, продуктовый магазин, который примыкал к стене аптеки. Пожар чудом не перекинулся дальше, лишь только облизал стены и металлическую кровлю.
Стеклянные двери аптеки были настежь открыты, но целы. Зайдя внутрь, Игорь увидел погром, и нагромождение стеллажей, повсюду битые стекла, и растоптанные пачки с какими то лекарствами. На полу засохшие следы крови. В последние минуты тут царил хаос, человек перестал быть человеку человеком, каждый думал только за себя.
Осторожно будто боясь разбудить хозяев, Игорь прошел вглубь помещения к детскому отделу. На удивление стеллаж с детскими лекарствами был почти не тронут, Игорь сразу отыскал то, что ему нужно.
- Антибиотик, жаропонижающее, ага вот еще. – Он сгреб в вещь мешок кучу витаминов.
- Все хватит.- Он поспешно завязал горловину мешка и хотел, было закинуть его на плечи, как за спиной у входа раздался звук, который схватил его липкой рукой страха за горло.
Он медленно развернулся и увидел на пороге оскалившегося, здоровенного пса. Обгоревший бок собаки сочился сукровицей, желтые зубы обнажены в жутком оскале, пес готов был броситься в любой момент. Игорь понял, что без боя ему не покинуть аптеку и осторожно, чтобы не спровоцировать животное потянулся в задний карман за ножом.
Как только он нащупал пластиковый корпус швейцарского ножа, сердце бешено заколотилось, разгоняя адреналин по организму, готовя его к схватке. Игорь понял, что все это время он стоял затаив дыхание, он шумно выдохнул и сделал шаг вперед, одновременно открывая нож.
Бабах!!! прогремел выстрел откуда-то из-за двери. Собака отлетела в сторону, забрызгав остатки двери бурой кровью. Осколки стекла, словно искрящиеся бриллианты, осыпали ее бьющееся в конвульсиях тело. Игорь вздрогнул, выронив рюкзак на пол. Он, так и остался стоять, в стойке держа в трясущейся руке нож.
В дверях показался высокий незнакомец. В длинном до пола брезентовом плаще с нахлобученным на голову капюшоном, на лице грязная марлевая повязка, из-под которой свисала седая борода. Серые уставшие глаза старика, смотрели на него пристальным взглядом.
В руках у незнакомца был иж-59 с вертикальным расположением стволов. Игорь сразу узнал это ружье, у его отца было такое же. Первое знакомство с ним Игорь никогда не забудет. Батя взял его тогда на охоту и разрешил стрельнуть по мишени разок. После этого рандеву у Игоря остался здоровенный синяк на правом плече и отбит копчик.
Старик переломил ружье, и вынул стреляные гильзы, предварительно плюнув на пальцы.
- Че встал как обосранный? – прохрипел прокуренным голосом старик.
-Лекарства…- голос Игоря предательски дал петуха, он указал на рюкзак, лежащий у его ног, не сводя взгляда с ружья.
- Ты один? – Дед заглянул Игорю за спину.
-Да, один- Промычал он.
-Нашел что надо? – старик снял повязку. Его лицо было испещрено глубокими морщинами, на острых скулах остался след от маски.
- Я, это, пойду что ли?
Дед ощерился в ехидной улыбке, обнажив желтые обмылки зубов.
-И как ты еще выжил? – пробубнил он себе под нос.
- Что?- обернулся Игорь.
- Пиздуй, говорю, от сюда пока собаки не учуяли кровь. – Он указал стволами ружья на изуродованного пса в дверях. Они все ума сошли, кидаются на всех без разбору, так что обходи стороной, если увидишь их.
- И это твой боевой меч? – Дед кивнул в сторону ножа, который Игорь сжимал в руке.
Игорь кивнул.
- На обратном пути зайди за администрацию, там бобик Мусорской стоит, загляни, может, найдешь что.
- Я Игорь. – Сказал Игорь.
- Да, на-хрена мне твое имя? – гаркнул старик и закашлялся. – Тьфу, бля. – он харкнул кровавый сгусток на пол.
Потом смягчился. – Анатолий Евгеньевич я. На зоне сычом звали.
- Еще кто-нибудь выжил? – Старик пристально смотрел на него, прищурив правый глаз.
-Жена и сын, больше никого не встречал. – Ответил Игорь.
-А вы встречали людей? – спросил Игорь.
- Ты первый, с кем я говорю после бомбежки, только броневик военных проехал вчера тут.
- Спасатели? Куда они поехали?- Игорь натянул вещь мешок на спину.
- Сомневаюсь, они промчались и даже никого не искали.
-Анатолий Евгеньевич, может, со мной пойдете? Тут не далеко, в Прудном.
- Слишком поздно «браток» мне походу не долго, осталось.- Он снова закашлялся.
- Не хочу умирать под землей как крыса, иди и береги родных. – Он развернулся и пошел прочь к реке.
* * *
Игорь еще минуту провожал его взглядом, пока тот не скрылся за углом хозяйственного магазина. Выйдя на центральную площадь, он ужаснулся, представшей его взору картине.
Повсюду в неестественных позах лежали обгоревшие трупы, мужчины, женщины, дети.
Все застыли черными изваяниями, вспышка адского фотоаппарата навеки выжгла их тени на земле. Г образная пятиэтажка с этой стороны была вся черная, местами даже оплавился камень, из окон чадил черный дым. Игорь старался не смотреть туда, где была детская площадка, ком подступал к горлу.
- Не успели. – Подумал он.
- Сколько судеб обращено в пепел.- Среди них были его друзья, знакомые. – Игорь стиснул зубы в злости.
- Что же может человека заставить сотворить такое? – думал он.
Он шел осторожно мимо них, стараясь не задеть экспонаты музея смерти. Всех сровняла ее коса, превратив эту площадь в поле после жатвы, невинных, грешных и уставших душ. И зловещая тишина, которая подпевает в унисон ветру, унося прочь их, вслед за ветром.
-Куда? – Да черт его знает куда, небеса все выжжены дотла, господь покинул землю.
Размышления Игоря прервал странный шум возле немецкой кирхи, это здание и до войны нагоняло жути, а сейчас оно стоит такое, как и было и не обрушилось.
Он остановился на минуту, прислушиваясь. Ничего.
Подходя к фонтану, краем глаза он уловил какое-то движение. Что-то прошмыгнуло мимо нагромождений машин. Игорь вцепился взглядом в это место, продолжая двигаться вперед. Его ботинок наткнулся на что-то, и он споткнулся, упав на левый бок. Уже лежа он увидел, как из-за машины выпрыгивает собака, черная как деготь. Выбрав подходящий момент для атаки, она перешла на бег.
До здания администрации оставалось каких-то двадцать шагов, а до псины пятьдесят и продолжает сокращаться.
-Вот бля!!! – выругался он резко поднявшись.
Он сорвался в бег и бежал, так как будь то за ним бежит сама гончая ада.
Перебежал дорогу, перепрыгнул небольшую ограду, оставив позади скверик и фонтан.
Спотыкаясь о вездесущий мусор, он вбежал на крыльцо здания, перепрыгивая по три ступени разом. Добрался до дверей. Дернул, закрыто. Толкнул плечом, не поддалась.
Псина уже перемахнула оградку фонтана.
- Твою, ж мать! – он перепрыгнул перила и оказался с левой части фасада, не обращая внимания на отбитые стопы, сиганул за угол здания. Псина уже дышала в спину, за углом он увидел припаркованный полицейский УАЗ.
- Только бы не закрыто, успел подумать, хватаясь за ручку задней дверцы. - Поддалась.
Открыл. Влетел на заднее сидение. Ушиб локоть. Закрыл.
Псина со всего разгону в печаталась в дверь. Игорь инстинктивно отпрянул назад.
Собака, лая и клацая пастью кидалась на стекло, забрызгивая его кровавой пеной.
Игорь снял противогаз, жадно хватая ртом воздух.
- Чё сука? –выкрикнул, задыхаясь он.
- Выкуси, блядь! – Он приставил средний палец к стеклу.
Фууух! – выдохнул, с облегчением приводя сбившееся дыхание в норму.
Псина на улице утихла и теперь ходила вокруг машины, тяжело дыша.
Ее черная шкура была в сплошь изорвана, глаза мутные, словно их закрыло бельмо.
Она встала на задние лапы оперевшись передними на дверь и пыталась раскусить стекло, но не могла понять, что за препятствие невидимое перед ней. Она открывала пасть, вываливая язык то набок, то облизывая стекло, царапая его зубами.
Очень походило на то, что у животного отсутствует рассудок как при бешенстве, ею управляет голод и гнев, словно зомби из идиотских, иностранных фильмов.
Так, нужно как то выбираться из этой ситуации и как можно быстрее. Он поднялся.
Собака за окном заметила движение и заходила вокруг машины, ища слабое место в убежище своей жертвы. Он принялся за обыск машины, осмотрел пространство за сидением, ничего. Под ногами только фаст фудный мусор. Кое-как перелез на переднее пассажирское сидение, открыл бардачок, бланки протоколов, ручки, карандаши.
Он запустил руки под сидение, и его пальцы встретились с чем-то твердым и холодным.
Потянул на себя и его взору предстал потертый АКСУ-74у, он же «Ксюха», он же «ублюдок», или как его еще называют «кастрат».
- Не плохо! – удивленно сказал он, открывая магазин.
- Отлично! – повторил, убедившись в присутствии там патронов.
Зловещая улыбка не произвольно натянулась на его лице.
Он перекинул ремень через шею, осмотрелся, ища собаку, и перевел автомат в режим одиночный огонь.
Псина заметила манипуляции своей потенциальной жертвы и быстро приняла боевую стойку. Игорь, стараясь не делать резких движений. Аккуратно приоткрыл окно и прицелился, в не о чем не подозревающею собаку и нажал спуск.
Автомат кашлянул и плюнул свинцом аккурат псу промеж глаз, вырвав смачный кусок черепа и разбрызгав ее мозги по асфальту. Застигнутая врасплох собака еще пару секунд стояла, смотря на Игоря оставшимся правым глазом, затем рухнула. Как марионетка, которой обрезали леску.
Запах пороховой гари моментально наполнил салон УАЗа, в уши словно воткнули беруши с ультразвуковыми динамиками. Запершило в горле.
Игорь поспешно натянул противогаз и выбрался из автомобиля, натянул рюкзак, убрал за спину автомат. Оглянулся. Никого вокруг, только ветер перекатывает мусор.
К мосту он вернулся без приключений, довольно быстро обошел скопившиеся на повороте машины.
Перебравшись через мост, он услышал приглушенные хлопки выстрелов со стороны их убежища. Нехорошее предчувствие окатило его рассудок холодной водой, он перешел на бег. Срезав путь, оббежав развалины кооператора, он вышел к остановке на дорогу. До убежища оставалось всего двести метров, он увидел выезжающий из ворот военный броневик.
С ревом и в клубах черного дыма, вперемешку с пеплом он переехал ограду, смяв ее словно картон.
- Стойте! – заорал Игорь и понял, что кричит в противогазе. Он сорвал его с лица. Наспех заткнув, его за пояс, попробовал снова позвать их.
- Стоя-а-а-ть! – его голос глушил вой ветра.
Тогда он вспомнил про оружие, снял его с плеча и сделал пару выстрелов в небо.
Фургон не обращая внимания, набирал скорость. Растворялся во мгле темным силуэтом, оставляя напоследок рубиновые точки, габаритных огней.
- Господи, они же там одни. – Промелькнула злая мысль у него в голове.
Он побежал, так быстро словно и не чувствовал свое тело. Не обращая внимания на отбитое бедро фильтром противогаза. Он бежал и молил бога о том что бы они не нашли их. Добежав, он упал на колени перед распахнутым настежь люком. Жадно глотая, отравленный воздух он смотрел в густую тьму проема.
- Нет, нет, нет – чуть ли не в истерике повторял он, скидывая с себя рюкзак и оружие.
- Оля!!! Егорка!!! – крикнул он, задыхаясь.
Второпях он начал спускаться в убежище, поскользнувшись на ступеньке, он сорвался в низ. Пролетев почти два метра, он хорошо приложился головой о бетонный пол.
Мрак мягким шелком окутал его сознание.

4. Предтечи.

Шестнадцатью днями ранее.



Жилин Петр Иванович, сухопарый, лысеющий старичок с седой козлиной бородкой и хитрым прищуром.
В прошлом, ученый, достигший больших успехов в области крионики. Даже номинировался на нобелевскую премию, но по приказу военных был снят с должности и проект был закрыт и засекречен. После неудачных попыток возобновить работы Петр осел в домашнем быту. Он не отказался от предложенной ему должности на факультете биологии в БФУ имени Канта, где по сей день и работал.
В этот день стояла изнурительная жара. Стрелка термометра поднялась на отметку 34 градуса, с учетом прибалтийской влажности, это было ужасно жарко.
Он возвращался домой после рабочего дня. Дневной зной сменяла вечерняя прохлада, стрекотали сверчки как перед грозой.
Жилин разогнал свой старенький «Вольво» до, девяноста километров в час, и наслаждался приятным ветерком из окна на смену душному кабинету университета.
Бубнило радио, он переключил на другую частоту надеясь, найти какую ни будь не навязчивую музыку. Переключив еще несколько каналов он понял что, затея эта бессмысленна и просто выключил приемник.
Политическая обстановка в мире накалилась и это угнетало до такой степени что начинаешь полностью абстрагироваться от источников информации. Петру Ивановичу уже было наплевать на то, что творится в мире его заботило, лишь полнота его домашнего мини бара и здоровье близких.
- А к чему эти переживания? Если ты все равно не в силах что-то изменить, только нервы портить,
-Нет, я свое уже по переживал.- Подумал Жилин и улыбнулся своему отражению в зеркале заднего вида.
Приехав домой, а жил ученый в небольшом одноэтажном особнячке на окраине Черняховска. Прекрасный домик, сохранившийся со времен восточной Пруссии.
Так вот, приехав домой он застал жену, хлопотавшей на кухне, ее нос был вымазан в муке,
В духовке что-то издавая пьянящие ароматы, запекалось, на плите скворчало, булькало.
В общем, что-то намечалось грандиозное.
-Привет дорогая.- С порога сказал он
Жилин бросил ключи в ключницу, повесил шляпу на вешалку и вошел на кухню, принюхиваясь к ароматам. Обнял жену, поцеловал ее в нос.
-Никак праздник, какой намечается?- он ослабил галстук и расстегнул первую пуговицу рубашки.
На кухне было весьма жарковато.
-Сегодня Лешка звонил, сказал, что возьмет отпуск пораньше ну в общем, они сегодня ночью вылетают, завтра будут у нас.
-Это же прекрасно Валенька.- Петр Иванович расплылся в счастливой улыбке.
И пританцовывая, направился в свой кабинет. Проходя гостиную он краем глаза увидел, как в телевизоре президент США что-то яростно объяснял, тыча пальцем в стопку бумаг.
Зайдя в кабинет, он кинул на стол рабочую папку с бумагами и переоделся в домашнее.
Настроение приподнятое, завтра день рождение и еще сын прилетает с женой и детьми.
Десять лет они не виделись, десять лет. Как же он вырос, ну конечно ему уже 37.
Жилин порхал от счастья, так же порхая он влетел на кухню и про порхав мимо жены, открыл мини бар, где его терпеливо дожидался янтарный коньяк.
- Стоять.- Перт Иванович, втянул голову в плечи, застыв с бутылкой в протянутой руке.
- Куда это мы намылились?- Валентина Николаевна вытерла руки о фартук и скрестила их на груди.
Петр с трудом сдерживал улыбку, когда она сердилась. Скорее она походила на добродушную милую панду в эти минуты, и все споры заканчивались улыбками и объятиями.
- Сегодня пятница, а в пятницу у нас с Василием партия в шахматы. –расплылся в хитрой улыбке Жилин.
- Знаю я ваши партии, опять придешь с первыми петухами поутру.
- А завтра, между прочим, тебе встречать детей, не забудь.
- Конечно, Валенька, я все помню. – Сказал он, медленно пятясь к выходу.
- Иди уже, - Сдав свои позиции, сказала Жилина, одобряюще улыбнувшись и поправила воротник его безрукавки, стряхнув с плеч невидимую пыль.
Петр исчез в дверном проеме и уже с порога попросил не выключать свет на улице.

* * *
Пройдя вдоль живой изгороди своего участка Жилин, оказался у резных, деревянных ворот. От ворот отходила аккуратно выложенная булыжником дорожка и примыкала к крыльцу дома. Подняв голову, Петр увидел, что на крыльце его дождался Василий, опиравшись о перилла курил свою трубку.
-Ааа, Петр Иванович. Добрый вечер, дооообрый вечер!
-Я уже заждался, проходите же. - Как всегда радушно встречал его друг.
Василий Маркович, в прошлом военный, не то полковник, не то майор, этого Петр не знал, и особо не докучал вопросами о его прошлом. Так как Горюнов не любил рассказывать о нем, и всегда тактично уклонялся от этой беседы.
Сейчас он в отставке и ухаживал за своим участком, детей у него не было и жены тоже.
Высокий плотный мужик с кулачищами с родни кувалде, при этом его хобби совсем не соответствовало его комплекции. Он занимался резьбой по дереву и порой создавал поистине прекрасные вещи. Дома куда не кинь взгляд все изысканно обставлено статуэтками его работы. И шахматы, в которые они играли уже не первый год, тоже дело рук его. Пепельные усы подковка идеально скрывали глубоки морщины, когда он улыбался. Бледно голубые глаза, словно холодные льдинки, вонзались в душу, порой Петр побаивался его тяжелого взгляда. Жилин догадывался, где служил Горюнов, такой взгляд может быть только у разведчика или у сотрудника КГБ. Ему уже приходилось сталкиваться с таким взглядом, еще в те времена, когда его работу поспешно закрыли под грифом секретно.
Квартира Василия была исполнена в стиле шале, справа от входа в гостиную в стене располагался большой камин из камня. Над ним раскинув свои ветвистые рога, висела чучело головы лося. Ниже на каминной полке стояли фарфоровые часы, окруженные множеством деревянных статуэток лесных зверей.
На стенах множество картин написанных маслом, возможно даже известных художников, но Жилина это интересовало ровно, так же как квантовая физика, одиноко стоящую корову в поле.
В общем уютная обстановка всегда располагала их на беседы на множество научных тем.
Напротив камина под углом в сорок пять градусов друг к другу располагались два кожаных кресла с высокими спинками. Между ними небольшой, круглый столик на одной ножке, на котором уже ожидала шахматная доска с расставленными фигурами.
Жилин отдал бутылку коньяка Василию и расположился в правом кресле, в камине за термо стеклом слегка потрескивали поленья, рыжее пламя облизывало их, вытапливая смолу, наполняя комнату приятным ароматом. Из открытых окон доносилось пение соловья под аккомпанемент сверчков, прохладный летний ветерок слегка приподнимал белые, невесомые тюли.
Василий принес бокалы и откупоренную бутылку, поставив их на столик, он уселся напротив. Жилин разлил напиток и откинулся на спинку кресла.
Несколько минут они молча смотрели, как горит пламя в камине.
-Ну как неделя прошла дружище? – начал Горюнов.
-Без приключений.- Отмахнулся Петр - готовлю материал к новому учебному году, пропадаю в кабинете.- Он пригладил свою бородку.
- Слышал? Ирак отказал в программе ядерного разоружения?
- Да, слышал к сожалению.- Жилин сделал первый ход.
- Со времен пятидесятых мир никогда не был так близок к ядерной войне.
Ответив на его ход, Василий отпил коньяк и закусил ломтиком лимона.
Жилин сконцентрировал взгляд на доске.
Ученый последовал примеру друга и тоже выпил содержимое Бакала.
Пока Жилин разливал напиток, Василий задумчиво глядел на камин, постукивая мунштуком трубки себе по виску.
- Кому то же выгодна вся эта ситуация?- оживился он.
Общество в страхе, легко управляемо. Под шумок можно и взвинтить цены, никто не заметит.
- Вы только посмотрите, в интернете уже вовсю, продают пластиковые убежища.
- Дикость какая, словно они помогут.- Поддержал Петр.
- В том то и дело дружище, все в этом мире связано невидимыми нитями, и кто то их умело и вовремя дергает. Пешка на Е6, прошу.
- Василий Маркович! При всем моем уважении, давайте оставим эту тему. Я так уже устал от политики. – Сказал ученый и переставил коня.
- Да вы правы Петр Иванович, это бессмысленные разговоры. А похожу я, пожалуй, пешкой на Д5.
Жилин парировал слоном.
- Вы теряете свою пешку. – Горюнов убрал фигуру в нишу под столиком.
Петр без слов поставил пешку на ту клетку, где еще недавно стояла вражеская фигура, и внимательно следил за взглядом соперника.
За окном раздался грохот реактивных двигателей, несколько самолетов пролетело над их улицей так низко, что почувствовалась легкая вибрация.
- Опять, какая ни будь провокация. – Небрежно прокомментировал ученый.
Горюнов переставил пешку на Б5.
- Скорее всего, обычно учения проводят одиночные полеты, а тут взвод, да еще и под радарами. – Бывший военный вгляделся в непроглядную тьму оконного проема.
- Ваш ход. - Продолжал Петр
- Отвечаю пешкой.
- Хмм, тогда я выпущу коня. Игра начала набирать обороты
- А что вы на это скажите?- Горюнов подвел пешку к коню на Б4.
- Василий! – Отвлекся от игры Петр.
- Завтра ко мне сын приезжает. Не хотите, отобедать с нами? Он убрал коня, смотря в глаза сопернику.
- С удовольствием, дружище. Он походил в ответ слоном.
Жилин ответил угрозой коню соперника.
- Сколько же вы не виделись? Лет пятнадцать, десять? – Военный походил пешкой Х6, поставив тем самым его перед не сложным выбором.
- Да, десять лет минуло с тех пор, как он уехал. – Ученый, не растерявшись, съел вражеского коня, дабы не отдавать фигуру задаром.
Но пешка Горюнова моментально заняла эту же клетку, и белый слон отправился под стол.
- Представляю, как ты счастлив Петр Иванович.- Сказал он, наблюдая как его пешку заменила пешка Петра, на этой же злополучной клетке.
Василий атаковал.
- Ты действительно прав, я очень счастлив, места себе не нахожу.- Жилин разлил коньяк по бокалам, и они выпили.
- Мне придется съесть твою пешку на Ц3.
- Я не против, дружище. – И поставил свою фигуру туда же.
Петр нахмурил брови и отставил бокал
- Ловко ты.- Он увел коня.
Горюнов добрался и до его пешки, Жилин начал нервно приглаживать свою бородку.
Выставив слона, в качестве приманки он с довольной физиономией откинулся на спинку кресла, скрепив кисти рук в замок на груди.
Горюнов воспользовался щедрым предложением друга и тут же поплатился за это своим слоном. На клетке Б5 оказалась пешка ученого.
Василий раскурил трубку, комнату наполнил приятно терпкий аромат дорогого табака с фруктовой отдушкой.
Он вывел на поле королеву.
- А может на рыбалку вечерком? Ты, я, Лешку возьмем, послушаем как жизнь в столице.
Жилин отправил свою королеву на Д4.
- Сомневаюсь что это хорошая идея дружище, детям необходимо отдохнуть с дороги.- Он поставил свою королеву, где мирно отдыхала белая пешка Жилина.
- Конь на Ц3, пожалуй ты прав. Не буду суетиться, пусть все идет своим чередом.
Горюнов кивнул и сделал ход.
Жилин сразу раскусил хитрость старого друга и сделал рокировку, короля и ладьи.
- А я вот так, что ты на это скажешь?
- А я конем на Б5.
- Вот как? Он повторил, поставив коня на А6.
Жилин хитро улыбнулся и приблизил свою королеву к вражескому королю.
- Шах.
Король ушел на Ф8, затем белый король тоже перешел на клетку влево.
В комнате воцарилась тишина, лишь сверчки за окном разрушали иллюзию остановившегося времени.
- Я вот что думаю, Петр Иванович, вы, когда то работали над одним проектом.
- Крионика? Оживился Жилин.
- Угу, неужели это возможно?
- Весьма вероятно, ведь некоторые животные пользуются этим даром.- Он переставил ладью.
- А люди могут это перенести? Вам шах дружище, он поставил королеву на Б4.
- Ну тут есть некоторые сложности, конечно на людях эта технология не испытывалась но на приматах показала весьма удовлетворительные результаты.
- А как же холод? Неужели при кристаллизации не разрушается мембрана клетки?
Жилин увел короля.
- Вот тут то и соль, прежде чем начать процедуру охлаждения организм проходит двухнедельную процедуру замены жидкостей на аналогичные синтетические антифризы.
-Снова шах.- Королева уже угрожала с клетки А4.
- Вы так и будете от меня бегать? Сдавайтесь, дружище.
Жилин спрятал короля за слона.
- А вы поймайте меня!- улыбнулся Петр.
- А как же потом вернуть организм в нормальное состояние?- Ладья вышла на расстояние удара. - Шах.
- Ну, это уже забота самого организма, главное не допустить ошибки при процедуре размораживания, между прочим, очень длительную. Примерно по одной десятой градуса в сутки, а далее организм сам вытеснит антифризы и заменит их своими жидкостями, после нескольких витаминных инъекций.- Король уходит на Е2
- Сдавайтесь Петр Иванович, вы окружены.- Он переставил своего короля.
- Конь на Е5.
- Хорошо, хожу королевой, шах. Он выпил напиток и поставил пустой бокал на столик и постучал мундштуком трубки по нему.
Жилин намек понял и подлил себе и другу остатки из бутылки.
- Буду отступать.
- А я прикрою ладьей.
Жилин быстро сделал заготовленный ход.
- А вы смогли бы возобновить свою работу, ели понадобиться?
- Конечно, даже если они и уничтожили все мои записи, то они не уничтожили мою память. – он походил королевой.
Фигуры Жилина начали занимать ключевые позиции.
- А почему, вы спрашиваете?
- Я думал, не идет ли это в разрез с моралью и этикой, мол, верующие люди явно не одобряют ваши труды,
- Хожу слоном.
- Я вас умоляю дорогой друг, церковь всегда считала научные прорывы ересью и тем самым тормозила развитие. - Он походил конем.
- Или пыталась отдалить момент утопии и деградации человека? Королева ходит на А2.
Жилин тяжело задумался, покручивая бокал в левой руке.
- Тут вы меня озадачили, дорогой друг в ваших словах есть доля истины. Возможно, церковь и является своего рода ингибитором.
- Вам шах. Горюнов задумчиво разглядывал угасающее пламя в камине.
- Ухожу.
- Слон на Б4. Наступал военный.
Жилин походил конем, отсекая маневр.
-Даже Эйнштейн придерживался этой теории, что когда общество достигнет своего пика развития. Начнется не минуемая деградация и утопия.
Или война на полное истребление национальностей, это мы и наблюдали в эпоху римской империи, и в 1945ом.
- Несомненно, и пусть они будут тысячу раз не правы, война лишь продлевает жизнь человечеству, и двигает прогресс.
- Но сейчас мы обладаем таким оружием, что если это случиться нас забросит в каменный век, и это если мы не попадем в зал вымерших видов.
- Вот это и пугает, дружище. Мы словно дети, играющие с фугасом в замкнутом помещении.
- Я похожу конем и вам шах. Жилин хитро улыбнулся.
- Горюнов сделал еще бесполезный ход конем.
-Ну что ж, тут вы меня и загнали в угол, думаю далее сопротивляться бессмысленно. Признаю поражение.
Они пожали друг другу руки.
- Да, пожалуй, я пойду, уже поздно.
- До завтра Василий Маркович.
- До завтра Петр Иванович, спасибо за приятный вечер.
На крыльце они еще раз обменялись рукопожатием и Жилин напомнил, Горюнову, что б он не опаздывал к обеду в тринадцать часов.
Возвращаясь, домой Петр заметил дальше по улице припаркованный неуместный тут военный фургон. Влюбленная парочка мило шепталась на скамейке напротив. Прекрасная звездная, безлунная ночь. Он шел налегке в предвкушении завтрашнего дня и думал, как бы ему уснуть побыстрее.
Войдя в дом, он аккуратно, что бы ни разбудить жену разделся в соседней комнате и прилег, рядом закрыв глаза с улыбкой на лице.
Это был последний день, когда Жилин Петр Иванович уснул у себя дома.


5 Беда

Сознание возвращалось к Игорю медленно и мучительно. Поочередно включая его чувства. Сначала он услышал треск дневной лампы, которая пыталась запуститься вновь и вновь, но срывалась в яркой вспышке. И снова повторялось все заново. Затем пришла боль. Нагло без церемоний, пришла, выбив дверь ногой , и схватила Игоря за грудь, сдавливая дыхание. Он застонал.
Сквозь закрытые веки вспышки лампы иглами вонзались в голову. Возвращалось зрение.
Он с трудом перекатился на левый бок, чтоб свет от вспышек не бил в глаза. Мутное зрение приходило в норму из тьмы вспышки выхватывали кадр за кадром.
Треск, вспышка. Раскаленным клеймом этот кадр отпечатался у него в сознании, и снова тьма. Но он четко видел рядом лицо Ольги. Открытые глаза смотрели в вечность, разглядывая страх.
Треск, вспышка.
Он протянул руку к ее лицу. Аккуратно убрав прядь волос, провел пальцами по ее щеке.
Треск, вспышка и еще одна.
Затем тьма.
Игорь с большим усилием встал на колени и опустил голову ей на плечо.
- Ну как же так вышло то?- шептал он.
- Почему? – дрожь в теле заставляла его голос дрожать.
Затем он распрямился, стоя на коленях, посмотрев в бетонный потолок.
Крик ужаса и отчаяния вырвался из его горла, словно ярость вулкана после тысячелетней спячки. Он орал до дикой боли в горле, переходя на вой раненого волка. Он бил ее безжизненное тело кулаками, целовал, умолял и снова взывал к небесам адским криком.
- За что? Господи. За что, сукин ты сын. – Обессиленно уже хрипел он.
Затем словно марионетка поднялся на ноги.
- Егор. – Шептал он.
- Сынок.
Треск, вспышка. Кадр выхватил приоткрытую дверь.
Шаг, еще шаг. Все поплыло в сторону. Нащупав стену руками он с горбился и его вырвало горькой желчью. Он снова упал на четвереньки.
Треск, вспышка, еще одна.
Поднялся, жадно глотая воздух как рыба.
Нащупал дверь, вспышка. Открыл.
Он стоял среди пустой комнаты окруженный разрухой и Хаусом в полной тишине.
Он вытер остатки рвотной массы прорезиненным рукавом ОЗК.
- Его-о-р! – Крикнул он. Тишина лишь треск лампы доносился из шлюза.
Он осмотрел комнаты. Нигде его не было.
Игорь вернулся в шлюз. Поднял жену на руки и бережно уложил ее тело на кровать в спальне. Накрыл ее пожелтевшей простыней, которая моментально окрасилась в алый цвет.
Он стоял, склонив голову возле ее кровати, отчаяние рвало куски его души. С каждым рывком вырывая все человеческое, что было в нем. Оставляя лишь пустую оболочку, которую в свою очередь наполняла злоба и ненависть. Выжигая на лице узоры страдания.
Он опустился на колени и нежно поцеловал ее, его слеза упала на ее щеку, блеснув крохотной искоркой последней частицы его души.
- Я найду его, обещаю! – он накрыл ее лицо простыней и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.
Ни одной мысли не было в голове. Словно пустая оболочка, он стоял, слегка покачиваясь в такт своему пульсу, смотря перед собой ни чего не видящим взглядом.
Позади она, впереди мрак. Время вытянулось в тугую спираль скрепя от напряжения. Проклятая лампа в шлюзе в последний раз вспыхнула, и с треском рассыпая мириады искр, угасла на веки, позволяя густой патоке тишины заполнить пространство.
Затем откуда то, из далека начали пробиваться сквозь напряжение странные звуки. Какие то голоса, искаженные, оборванные на полу слове. Вновь и вновь пытаются, что то сказать. Игорь, постепенно приходя в себя, медленно повернул голову, ища источник звука.
Возле стола на полу лежало, мерцая янтарной шкалой радио. Он четко видел, что идет прием сигнала из расколотого корпуса слегка выпал динамик, который и пытался, что то сказать, перекричать помехи. Игорь аккуратно, словно боясь вспугнуть его, опустился на колени и повернул регулятор громкости до упора. Комнату наполнил треск и кваканье непонятных фраз.
Верньер настройки вывалился из корпуса и висел на тросике. Игорь осторожно потянул за него. Помехи моментально поглотили голоса, затем он проделал тоже самое, но в обратную сторону. Постепенно, словно с того света он слышал чью то брань, крики, затем все стихло, динамик слегка потрескивал. Игорь замер в ожидании.
- Четвертый!!! – Игорь дернулся от неожиданности.
- Четвертый, мать твою, отвечай сука!!! Шипение, тишина.
- Феникс, я девятый, докладываю. - Шипение
- Принимаю!
- Осмотрели сорок седьмой, тридцать девятый и шестнадцатый объекты, на борту один пассажир. – Шипение,- как слышишь, феникс у нас трехсотый, идем на базу?
- Вас понял девятый, избавится от трехсотого. – Шипение, тишина.
Что-то происходило там, Игорь понимал, что сейчас оборвалась еще одна жизнь.
Он увидел возле кухонной стойки окровавленный нож, сомнений не было это кровь того кто был тут, того кто встал на пути отчаявшейся матери. И он ехал в девятой машине.
А пассажиром был его сын.
- В девятой. - Произнес Игорь вслух.
Тишину оборвал писклявый, напуганный голос.
- Феникс, седьмой на связи, коробочка полна, идем к базе.
- Вас понял седьмой. Незамедлительно каркнул Феникс.
- Девятый! - Продолжал Феникс.
- Девятый на связи.-
- Отставить база, отправляйтесь к Полесску, у четвертого три пассажира, эвакуировать, остальных в расход.
- Вас понял. - Шипение.
- Пятый, докладывай. – Не унимался Феникс.
- Пятый на св…. шшшш. - Игорь за паниковал, пытаясь поймать потерянную волну начал потягивать за тросики верньера, затем в приемнике что то лопнуло и табло приемника медленно угасло на последок подмигнув индикатором приема.
Он взял приемник и с криком швырнул его об стену, тот разлетелся на сотни осколков.
Игорь обхватил голову руками собирая мысли в кучу, словно это они разлетелись вместе с радио. Терять было уже нечего, зверь занял опустевшую оболочку тела, он поймал след. Чувство голода, мести, гнало вперед. Он забрал рюкзак с наружи, вытряхнув все уже не нужные лекарства на пол. Закинул бутылку с водой, галеты пару фильтров для противогаза и банку тушенки. В последний раз он обернулся, посмотрев на закрытую дверь в спальную.
- Прости меня. – Беззвучно прошептал он одними губами и вышел в шлюз.
Накрыл вход тяжелой, железной крышкой люка, запечатал эту могилу и свое прошлое. Натянув рюкзак, повесил на плече автомат. И не оборачиваясь, вышел к дороге, уходящей на север. Тут начинался его путь, с одним направлением. Без права на выбор, без обратной дороги.
Впереди мгла, позади тьма превращала прошлое в пыль, отпуская его вслед за ветром.




6. Дом


Через сорок минут Игорь добрался до поселка Зорино, перейдя через пустынную автомагистраль, он оказался в начале улицы. Дорожный знак с названием поселка покосило и развернуло. И теперь буквы были символично перечеркнуты красной линией.
Ветер неожиданно стих и теперь хлопья серого пепла неспешно падали, словно первый снег в морозное утро. Стало так тихо. Создавалось впечатление, что остановилось время. Только звуки собственного дыхания и щелчки клапанов противогаза разрушали эту иллюзию.
Немного углубившись в поселок, он остановился у ворот родительского дома. Его взору предстала картина опустошения и разрухи. Кровля обрушилась, деревянные балки торчали, словно сломанные ребра, обнажая внутренности. У входа обгоревший остов отцовского пикапа. Из выбитых окон ветром выдувало выпачканные серые тюли, словно дом прощался с ним, махая платком. На доли секунды он вспомнил те дни, когда тут было все зелено. Особенно Игорь любил весну именно тогда, когда высаженные возле дома вишни начинали цвести. Эти запахи сводили с ума, навевая самые теплые воспоминания. Казалось вот-вот, мать выглянет в окно и позовет его обедать, а отец усадит на колено и потреплет волосы. Но резкие запахи гари вернули его в реальность. Игорь понимал, что у родителей не было шансов на спасение. Он стоял, смотря в черные проемы окон, и казалось, что из темноты тоже кто-то или что-то наблюдает за ним.
Не хотелось заходить в дом, не хотелось увидеть родителей в том виде в каком они сейчас были. Пусть они останутся в его воспоминаниях живыми.
- Прости, мам…- он отвернулся, гася теплые воспоминания, и направился дальше вглубь поселка.
Заметно похолодало, для этого времени года, сквозь тонкую резину ОЗК холод тактично намекал: что необходимо двигаться дальше. Игорь вспомнил, что за школой есть бомбоубежище. Возможно, там он встретит выживших людей.
В школе на уроке ОБЖ им показывали это место, учили их как правильно, без паники спуститься и пережидать бомбежку. В его школьные годы такие уроки проводились чуть ли не раз в полгода.
Перелезая через поваленные деревья и обходя, брошенные автомобили он дошел до мемориала и остановился, услышав лай собак. С лева от него на улице школьной он заметил мельтешение темных силуэтов на фоне серого покрова. Они безудержно лаяли и грызлись меж собой, то и дело начинались схватки между ними. А еще Игорь заметил, какой то бесформенный военный мешок, за который собственно и дрались одичавшие животные.
Игорь прильнул к дереву, наблюдая за сворой, пытаясь разглядеть объект их внимания.
Собаки отрывали куски ткани от мешка, вгрызаясь в содержимое, и тут он понял, что это не мешок вовсе. После того как одна более проворная псина оторвала значительный лоскут камуфляжной ткани. Игорь увидел, как обнажилась изодранная человеческая рука. Ком подступил к горлу, и его охватил ужас.
-Похоже, это был раненый с грузовика. Предположил он.
-Прав был старик, эти твари не побрезгают своими бывшими хозяевами.
Затем самый крупный пес оторвался от трапезы и принюхивался по ветру в направлении, где стоял Игорь.
- Да вы что суки? Мысли мои слышите? Чертыхнулся он, на выдохе прижавшись сильнее спиной к дереву, инстинктивно затаив дыхание. Ветер западный, учуять он не мог, думал он. И опять это чувство заставляющее сердце бешено колотиться, и дрожь в ногах. От стаи ему не уйти, если учуют. Так что нужно незаметно обходить, благо расстояние приличное и ветер хоть и слабый, но дул в нужном направлении.
Пёс, не учуяв ничего, снова присоединился к своим сородичам.
Игорь еще раз убедился, что своре до него нет ни какого дела аккуратно, пригнувшись, перешел на противоположную сторону дороги. Где параллельно и ниже по уровню проходил тротуар, который пересекал большую часть поселка до здания администрации.
Практически на четвереньках по оврагу он дополз до пешеходного перехода у школы. Стая собак скрылась за развалинами дома культуры. И только тогда он мог позволить выпрямиться во весь рост и перейти дорогу, оказавшись тем самым в школьном дворе.
Пройдя вдоль стен спортзала и выйдя к котельной, он заметил под ногами слегка припорошенные следы грузовой машины. Свернув налево, за котельную к следам добавились следы армейских берец и маленьких детских ножек босых и обутых.
Игорь отыскал дверь спуска в убежище. Металлическая на простых петлях со сбитым замком она была слегка приоткрыта. Он осторожно подошел и приоткрыл ее дулом автомата, заглядывая внутрь. Бетонные ступени уходили вниз метра на три во тьму.
Игорь достал фонарик и закрепил его на голове. Узкий круг света выхватил стальную дверь с двумя затворами как в корабельных трюмах. Когда он спустился у двери под ногами, раскатились в стороны стреляные гильзы. Плохое предчувствие клевало Игоря в затылок. Он постучал прикладом в дверь. Тишина.
-Надеюсь, их эвакуировали. Мысленно взмолился он.
Сняв рюкзак с противогазом и автомат, он пристроил их в углу тамбура и принялся за дверь.
Рукоятки сверху и снизу со щелчком повернулись, и дверь приоткрылась на сантиметр.
Игорь сразу же услышал необычный запах, что-то напоминающее парное молоко и ржавый метал одновременно. Потянув на себя дверь, она нехотя, со скрипом отворилась, демонстрируя ужасную тайну, которую она скрывала. Игоря словно парализовало, он даже моргнуть не мог, до рези в глазах, продолжая смотреть на то, что было внутри.
Десятки изрешеченных тел на полу сплелись в адский узор с застывшим ужасом и разочарованием на лице, женщины, старики, дети. Их лица были знакомы, он всех их знал.
Нет, это было теперь не бомбоубежище, это была братская могила.
Они открыли дверь с надеждой на спасение, а впустили смерть
Еще один удар под дых нанесла ему судьба, теперь он осознал насколько он одинок, помещение бомбаря вытянулось в бесконечный коридор, закружилась голова. Он захлопнул дверь, подперев её спиной и смотря в потолок, жадно глотал воздух. Затем по двери он опустился на пол, сжав трясущимися от ярости руками свое лицо.
-С-суки! Сквозь зубы выдавил он.
-Суки! Суки! Суки! Кричал он и бил локтями в дверь.
-Да что тут происходит? Господи! Он умоляюще смотрел на светлый дверной проем вверху. Внезапно налетел порыв ветра и с грохотом захлопнул верхнюю дверь.
Игорь вздрогнул от неожиданности, тем самым не дав разыграться истерике, которая уже как снежный ком набирала скорость и массу. Стало темно, лишь небольшой кусочек ступеней выхватывал фонарик. Он посмотрел наверх, и сделав глубокий выдох, надел противогаз.

При обыске школы он нашел кое-какую теплую одежду и початую бутылку водки в каморке у трудовика. Спасибо тебе Борисович, земля тебе пухом. Для ночлега он выбрал глухую комнату мужской раздевалки с маленьким уцелевшим окном. В инвентаре он нашел мат и перетащил его, сделав себе весьма удобный лежак.
Ветер гулял по коридорам школы то и дело, перекатывая обрывки бумаг, и хлопал дверями. Словно призраки детей весело бегали, но голосов и детского смеха не было слышно.
За окном уже окончательно стемнело, холодный свет светодиодного фонаря освещал временное убежище. Игорь заперся изнутри, подвязав дверную ручку скакалкой.
Дабы избежать визитов ночных гостей, так было спокойнее. Он сел на мат, облокотившись спиной о стену, и долго смотрел на запертую дверь. Он не знал, как уснуть в такой обстановке, постоянное хлопанье оконных рам вой ветра и шорохи в коридорах нагоняли жути. Словно что-то вырвало его из реальности и погрузило в пучину первого круга ада, а все погибшие, которых он встретил на своем пути остались там, где и были раньше. И ничего не произошло, а Игорь, не ведомо за что был отправлен сюда страдать за всех или за свои грехи в этом мрачном мире. Мысли как нашкодившая детвора разбегались в рассыпную. Он посмотрел на рюкзак, из бокового кармана торчало горлышко бутылки. Игорь понял эту мысль без долгих раздумий достал ее. Отвинтив крышку, кинул ее в сторону, та звеня, весело упрыгала под лавку у стены и скрылась в темноте. Трясущейся рукой он поднял бутылку и перевернул ее, вливая содержимое себе в рот. Сделав несколько больших глотков, он сморщился и закрыл глаза рукой, натужно вдыхая через нос. Прозрачная жидкость, обжигая горло, проваливалась вглубь, прожигая себе дорогу, растапливая эмоции застывшие в глубине его души. Словно снежный ком они начали набирать объем и массу. Диафрагма начала не произвольно сокращаться. Он думал, что следующим глотком затрамбует эти мысли в темный угол своей души, но нет, это было уже не остановить. Он сорвался в рыдании как какой-то мальчишка, рыдал, мешая слезы с соплями на кулаке, рыдал, обезумев от горя и одиночества. Рассудок отказывался верить во все это, он снова и снова заливал внутренний пожар водкой, но это делало лишь хуже. Его рыдания переходили в вой разносившийся по пустынным коридорам школы.
Так и уснул он в обнимку с пустой бутылкой, поджав колени как напуганный мальчишка, и долго еще всхлипывал во сне.



7. Исход

Жилин открыл глаза, сквозь мутную пелену вырисовывался незнакомый, серый потолок.
Холодная игла испуга пронзила его сознание, разгоняя остатки пустого сна.
Где я? – первая мысль ошарашено металась в его голове словно птица в закрытой комнате.
Он сел на кровать, опустив босые ноги на пол, на удивление он оказался теплым.
Ученый огляделся. В комнате было не за что зацепиться взглядом, голые серые стены такой же серый пол и потолок. Среди комнаты стоял стол со светильником, который и освещал это помещение. У стола стояли два железных стула с низкими спинками, как в комнате для допросов. Возле кровати он заметил небольшой табурет с лежащими на нем вещами белого цвета и парой белых сабо под ним.
Он поднялся, подошел к столу, попробовал передвинуть стул, но эта затея не удалась. Похоже, вся мебель в помещении была накрепко привинчена к полу. Тогда Петр Иванович принялся исследовать стены, обойдя все помещение по периметру он не нашел даже стыков двери. Стены оказались не бетонные, как показалось на первый взгляд, они состояли из какого-то шума непроницаемого полимера. Прислонившись к стене ухом, Жилин не услышал ничего, только ощущалась легкая, мерная вибрация. Под кроватью и над ней у потолка он обнаружил два вентиляционных отверстия, прямоугольной формы, закрытых толстой решеткой из такого же полимера.
Ничего не оставалось, как сесть и ждать своей участи. Он сел за стол и начал перечислять все варианты, случившегося.
Арестовали? Нет не тот уровень. – Рассуждал он вслух.
Похитили? Но зачем? Какой с меня выкуп? Он почесал свою бородку, смотря в пустоту.
Может это какой-то эксперимент? От этой мысли его взяла мелкая дрожь. Он вспомнил недавно просмотренный им фильм, где герои просыпались, не понимая, кто они и где находятся, и отправлялись бродить по лабиринту напичканными всевозможными ловушками. От этой мысли ему стало жутко.
Господи, Валенька! Он встал из-за стола и нервно заходил по комнате.
Что если она тоже так же заперта в такой же комнате?
Ээээй – крикнул он.
Звук поглотился стенами, Петр стоял, прислушиваясь к тишине.
Он был словно в нижней камере песочных часов, зыбкая тишина засыпала его, ломая характер. Он заметил, как затряслись его руки.
Так стоп! – сказал он себе.
Сейчас нельзя терять самообладание. – Он сел за стол, сложив руки замком, подперев подбородок.
Бог знает сколько он так просидел, в этой комнате течение времени не ощущалось.
Но когда в стене раздался щелчок и зашумели серво приводы, Жилин даже не вздрогнул, лишь поднял усталый взгляд в сторону шума.
В стене появился проём, из которого лился белый свет. Он прикрыл глаза рукой.
В комнату вошел высокий человек, из-за яркого света Жилин не видел его лица, лишь темный силуэт на белом фоне. Затем дверь бесшумно закрылась, щёлкнули замки, вернув мягкий свет и тишину обратно.
Силуэт стоял неподвижно у стены где недавно была дверь. Петр пытался разглядеть его, но зыбкий сумрак скрывал все черты его лица.
Ну, здравствуй дружище. – Сказал силуэт знакомым басом.
Жилин непроизвольно вздрогнул от неожиданности. Он узнал это голос, его невозможно было не узнать.
Василий? – Робко, словно слепец, прощупывая себе путь, спросил Петр.
Тень подошла к столу и присела на стуле напротив. Свет настольной лампы выхватил его черты лица. Холодный взгляд пристально, но дружелюбно смотрел на него. Они сидели, наверное, минуту смотря друг другу в глаза, пока не заговорил Жилин.
Василий, что происходит? Это какая-то шутка?
Боюсь, что нет! – ответил Василий.
Где Валя? – Жилин подался вперед.
Горюнов молчал, смотря ему в глаза, затем сделав успокаивающий жест, заставил ученого сесть обратно на стул.
В комнате воцарилась липкая тишина.
Петя, прошу, выслушай меня, я отвечу на все вопросы, которые ты хочешь задать мне.
Ученый откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, недоверчиво смотря на военного.
Пожалуй, начну с себя. – Он откашлялся в кулак.
Я работаю во внешней разведке СВР, звание полковник. С момента твоего отстранения от проекта был приставлен к тебе для защиты от внешних врагов, на тебя было совершено 3 покушения, о которых ты даже не догадывался. Произошла утечка информации и тебя пытались выкрасть и завербовать.
Твой проект был назван кодовым названием «Феникс», работы продолжались все это время и весьма успешно. Сегодня ночью, - Он опечаленно вздохнул. Сегодня после того как ты ушел от меня, я получил приказ эвакуировать тебя. В твой дом был выпущен снотворный газ, поэтому вывезти тебя не составило особого труда.
Мы находимся на подводной лодке 941 «Акула» в Пионерском подводном доке.
Субмарина была полностью переоборудована под научную лабораторию с двадцатью капсулами для заморозки. Проект «Феникс» начал свою работу сегодня в семнадцать часов двадцать пять минут, после того как по нашей стране был нанесен массовый ядерный удар.
Тот мир, в котором ты вчера уснул, перестал существовать. Сегодня мы потеряли связь с Москвой и другими городами страны, радио мертво. По нашей области было нанесено 9 ударов, все стратегические города уничтожены.
Валя, Лешка… - голос Жилина дрожал.
Горюнов опустил взгляд. – Мне очень жаль Петь. Моя семья тоже осталась наверху.
Ученый опустил руки на колени, смотря поверх головы Василия, на его глазах навернулись слезы.
Почему? Почему вы их не вывезли, если все знали, почему мать вашу!!!!
Успокойся!!! – Василий ударил кулаком о стол, так что Жилин вздрогнул.
Возьми себя в руки и слушай!!! – Это не нам решать, кого спасать, а кого бросить. Проект «Феникс» состоит из трех фаз: первая, собрать весь персонал.
Вторая: после двух недельного карантина будут высланы десять машин в заранее подготовленные бункеры. В эти бункеры должны были эвакуировать определенные семьи с идеальным генофондом. В этих семьях есть дети не старше пяти лет и не младше четырех. Задача спасательной команды эвакуировать детей и доставить сюда. Твоя задача подготовить объекты к двадцати летнему анабиозу.
Третья фаза: отплытие к арктическому побережью в секретный док, там субмарина встанет на определенной глубине в автономный режим. Весь военный персонал будет отправлен на побережье, а научный останется для обслуживания капсул с объектами.
После истечения двадцати летнего срока лодки на автопилоте отправится на остров Шпицберген, где их встретят наши коллеги и начнут процедуру пробуждения. На этом острове есть все необходимое, включая мировой склад с семенами. Таких лодок как наша еще четырнадцать. Когда лодки прибудут на место, с ними наладится связь, и ты будешь руководить проектом. Двадцать лет спустя человечество будет заново заселять планету.
Твоя обязанность спасти новое поколение. Оплакивать родных будем, когда завершим миссию, соберись. Это твоя каюта. – Горюнов бросил брелок с множеством кнопок на стол.
А это, - Он кивнул в сторону брелока. – Это управление твоей каютой, разберёшься сам, как все работает. Переоденься, если я тебе понадоблюсь, ищи меня на мостике.


8. волк

Бесконечный темный коридор, багровые кирпичные стены и множество закрытых дверей.
Слабые лампочки горели, мерцая вполнакала. Игорь шел оглядываясь. Казалось, не было конца этому жуткому коридору. За дверями иногда слышались чьи-то рыдания. Над головой раздавались взрывы, заставляя лампы затухать на миг. Стены трескались, под ногами хлюпала вода вперемешку с битым кирпичом. Игорь шел вперед, иногда навстречу ему проходили безликие тени. Он пытался заговорить с ними, но как только он касался их, они осыпались на пол черным песком. Это какое-то безумие. - Думал Игорь.
Затем коридор разделился на два таких же. Пройдя дальше, он оказался у такой же развилки. Бог знает сколько он прошел развилок. Казалось, он попал в бесконечную петлю без выхода. Бесконечные двери развилки и нескончаемый грохот на поверхности, молчаливые тени проходили, опустив свои головы в капюшонах, рыдания и приглушенные разговоры за дверями остались позади. И вдруг он замер, что-то изменилось. Грохот на поверхности стих, только слабый вой сквозняка отдавался эхом где-то за спиной. Впереди Игорь увидел, как темнота поглощала туннель, приближаясь пульсирующими рывками. Он сделал шаг назад, не сводя взгляда с приближающегося монстра. Во тьме Игорь разглядел два желтых глаза, пристально смотрящих на него. Его движения были не реалистичны, он как будто исчезал и появлялся на шаг впереди. За ним следовала всепоглощающая тьма, словно ферримагнитная жидкость она покрывала стены пол и потолок. Лампы с хлопком разлетались искрами в последней своей вспышке, исчезая в ней. И в этих вспышках Игорь разглядел черную шерсть и хищный оскал зверя неумолимо приближающегося к нему. Захотелось бежать, но невидимые тиски сдавили его, он не мог вдохнуть и пошевелиться.
Пока он стоял в ступоре, он не заметил, как кто-то подбежал сзади и схватил его за ворот.
Он лишь услышал слова, от которых его сердце бешено заколотилось.
- Отец очнись, ты в опасности!
Он открыл глаза, перед ним лежала пустая бутылка с ехидно улыбающейся пчелиной мордочкой с этикетки. За окном уже рассвело, бледный свет наполнил помещение.
Игорь с трудом высвободил затекшую руку и задел бутылку, та скатилась с мата и, звякнув о кафель, укатилась к стене.
Вместе со звоном стекла за дверью что-то ожило. Игорь четко слышал, что нечто приближалось из холла по дощатому полу, цокая когтями.
Цок-цок, цок-цок. Игорь не дышал, цоканье прекратилось за дверью. Тишина.
Что-то заскребло по двери когтями, затем в щель между дверью и наличником показался мокрый собачий нос. Пошмыгав, принюхиваясь вновь исчез. Тишина. Игорь напрягся, и вдруг за дверью раздался такой жуткий вой, что не произвольно оцепенение сковало все тело. Воображение рисовало монстра из недавнего сна, вспомнились слова юноши назвавшего его отцом. Моментально выйдя из ступора руки начали механически собирать вещи в рюкзак, не сводя взгляда с двери. За дверью раздалось рычание, и зверь принялся ломать нижний край двери. Обратный отсчет запущен времени оставалось мало. Игорь завязал горловину рюкзака и встал на скамью, открыл окно и выкинул его на улицу. Затем спустился за автоматом. Зверь уже отгрыз приличный кусок двери и в образовавшемся отверстии уже была видна морда волка. Игорь вскинул автомат, снял с предохранителя и прицелился в сторону двери. В трясущихся руках мушка гуляла из стороны в сторону и все расплывалось. В таком состоянии невозможно было вести прицельный огонь в замкнутом помещении. С большей вероятностью было получить пулю от рикошета, чем поразить цель.
-Черт. – Сплюнул он. И выбросил оружие за окно, затем сам забрался на подоконник и, спускаясь, прикрыл за собой створку. Закинув рюкзак за спину, схватив автомат, он бросился прочь через кустарник к ручью. Перепрыгнув его он оказался на дороге возле озера, именуемое местными как «Маришино» и, оглядываясь по сторонам, направился на выход из поселка. Пока волк был в западне у, него была хорошая фора, нельзя было терять ее.
На выходе из поселка Игорь остановился у развалин детского сада, что бы перевести дыхание. Он вспомнил про дозиметр, тот не подавал признаков жизни всю дорогу и он решил проверить фон. Но уже когда Игорь запустил руку в подсумок, он понял что хана прибору, доставая уже пластиковые обломки электроники.
-Видимо когда я выпал из окна школы неудачно приземлился на него. – Предположил он.
-Хреново все это, очень хреново. – Игорь в последний раз окинул взглядом свой родной поселок, выкинул в кювет разбитый прибор и побрел дальше.
[size="5"][/size]

Пипец.
Можно дальше не читать. Фтопку.

ПыСы. Человек в жизни не носил ОЗК и противогаз.

ПыПыСы. Не, ну что за манера у наших МТА писать о том, о чем они даже понятия не имеют? У одного аффтара мальчишка душит РОЯЛЬНОЙ СТРУНОЙ, гарротой (гарротой, Карл!) здорового мужика-наемника, у другого в противогазе - окуляры, которые заполняются пеплом... Да еще ветер трепет его ОЗК...

Может быть, и не без интереса. Только написано не очень, даже с учётом того, что черновик.

Про "шума непроницаемый" не буду. Странно то, что только что проснувшийся человек, в шоковом состоянии, смотрит на стены и думает, что они из бетона. Потом приглядывается, и со второго взгляда определяет: - Ан нет. Полимер. Шума... .
Это про логику текста. С логикой сюжета ещё печальнее.
Проект "Феникс". 280 детей (14 субмарин, по 20 капсул в каждой) в возрасте пяти лет должны снова заселить землю. Под руководством дедушек, которым далеко за 80. Если не ошибаюсь, популяция, способная выжить без скатывания в каменный век, и без генетического вырождения, начинается где-то от 1,5-2 тысяч человек.
Везде системная орфографическая ошибка из категории слитно/раздельно. И, на закуску:

А сюжет некоторый просматривается, да.

Благодарю за объективную критику, для этого я и оставил этот черновик тут, да ошибки присутствуют не спорю я их исправлю. так как произведение находится на стадии эмбриона я думаю простительно допускать ошибки. Вы упомянули про логику, я не учел этого, в главе 9-10 я описал подробнее, что проект имеет международный масштаб и такие же убежища имеются в глубине континента плюс московское метро, выживших будет множество, а мое произведение охватывает побережье, Норвегия Финляндия И страны европы тоже участвуют в этом проекте. я скинул лишь начало где герой только начинает свой путь.
Еще раз спасибо за то что указали на мои ошибки.

Тогда - да, выглядит пристойнее. Но дыры в тексте всё равно чувствуются.
Смотрите:
Через 20 лет просыпается толпа 5-летних детей. Их встречают очень, очень пожилые наставники. В новом обществе получается дикий разрыв в поколениях, дырка в 20 лет без промежуточных возрастов. Это очень, очень плохо. Почва для дальнейших диких социальных конфликтов. Предполагаю, что промежуточные поколения у вас где-то предполагаются, но читатель-то об этом не знает.
Дальше. Оставлять учёного присматривать за саркофагами - крайне расточительно. Учёных-то не так много осталось. Это работа для техника. И где гарантия, что он эти 20 лет проживёт? Кто будет лечить, если что? А уж с ума спрыгнуть в такой ситуации - как нечего делать. Особенно с учётом вполне возможного старческого маразма, обострённого ситуацией.

дети проснуться не пятилетними их организм будет подвержен старению но слегка замедлен, я планировал 15летний возраст будет у них. на счет одного старика да это ошибка не простительная думаю группа ученых и инженеров будет восстанавливать их после сна и плюс им нужно будет ускоренное обучение все эти нюансы я сейчас прорабатываю.

Ой вэй! Не пугайте меня. Представьте себе толпу 15-летних бугаёв с интеллектом пятилетних! Они же всех замочат нафиг, если не будет вокруг толпы вооружённых спецназовцев круглосоточно на каждого. Вот просто напрягитесь и представьте себя в этой толпе. Есть, пить, писать, опять пить - дядя, ты бяка: шандарах дяде по кумполу.
Как вариант. Такого пока не делали, не знают, что получится. Поэтому одну подлодку делают тестовой. Детей делят на группы и физически доращивают до 8-10-12-15 лет. Смотрят, что получится, корректируют остальные.
И ещё. Те, кто не заморожен - они эти 20 лет размножаются? Прикиньте, сколько там детей родится. Это важно, потому что дальнейший социальный конфликт между "натуралами" и размороженными гарантирован. Хотя может вылезти дополнительная ветка к теме.

да действительно тут вроде как тупик, эти факты убивают все, но это же фантастика по любому есть решение, возможно даже придется в корне изменить и убрать заморозку а ученого переделать в учителя начальных классов и персонал будет подобран соответствующий. или во время заморозки в мозг непосредственно вкачивать информацию и дети будут проживать свою счастливую жизнь. Что то вроде виртуальной реальности, школы садики и тд и тп, вот пробуждение в реальность будет жестоким. И это можно исправить программой пробуждения и бригадой психологов,

В любом случае спасибо вам огромное, вы в корне помогли мне справиться с этим сложным моментом в этом рассказе, который я хочу превратить в полноценный роман.
очень тяжело сейчас работать одному без знаний и опыта, спасибо.

Да! Ошибок в тексте много! Но перед тем, как сделать ворох очередных ошибок, попробуйте провериться на наличие материала в инете. Его много.

Идея хороша. Текст боле-менее читаем, если опускать ошибки.
Но с учёным вы переврали! Фантастика она на то и фантастика, что там прослеживается возможная правда!